Автор
Радость Сглатываю — жаждой переполнен желудок. Кто придумал эти невыносимые наручники? Они обжигают кожу всеми углах, а отопление в комнате еще холоднее. Ожогов нет, но боль становится сильнее со времени их прикрепления. Как долго я останусь здесь, несчастная?
Хотя не должна! Я, как настоящая истеричная баба, рисую у себя в голове картины, где он сейчас с женщиной.
Ну скажите мне, что я не совсем дура.
Должна же быть у взрослого мужика женщина, хотя бы ради секса.
Вот зачем я об этом вообще думаю?
Надеваю трусики…
— Ааа! — вскрикиваю, подпрыгивая на месте, когда дверь в ванную распахивается.
Выдыхаю, когда понимаю, что это Глеб.
— Нельзя так делать! Ты меня напугал. Я и так тут от каждого шороха шарахаюсь! — возмущаюсь.
Мужчина ухмыляется, ведет глазами по моему телу, и до меня доходит, что я голая, в одних трусиках.
— Выйди! — почти топаю ногой от возмущения, хватаю майку, отворачиваюсь, начиная торопливо одеваться. Слышу позади смех в спину, но гад всё-таки выходит, прикрывая дверь.
Холеный такой, свежий, красивый, в черной рубашечке с высоким воротником, в идеальных брюках, с часами на кожаном ремешке, запах его парфюма витает в ванной.
Снова злюсь, уже накручивая себя в другую сторону. Не хочу с ним общаться, даже смотреть на него, такого уверенного в себе, не хочу.
Собираю влажные волосы в пучок, натягиваю шорты и быстро выхожу из ванной.
В гостиной горит только напольный светильник, телевизор в спальне продолжает вещать включенную мной музыку.
Застываю на пороге гостиной, забывая, что в мои планы входил игнор этого гада.
Глеб вальяжно развалился в своем кресле, уже в расстёгнутой рубашке.
— Присаживайся, Рада, — указывает мне на диван, подается к столу, открывая вино.
— А… — медленно сажусь, наблюдая, как его сильные руки открывают вино. Зависаю на выступающих венах, на выраженных костяшках.
— Повод есть, незначительный правда, но мне захотелось разделить его с красивой девушкой.
— Ой, не надо мне тут включать свое обаяние и харизму, — отмахиваюсь я, вспоминая, что злюсь на Глеба.
— Харизму и обаяние? — выгибает брови, усмехаясь. — Не знал, что они у меня есть.
