Типа лечит цветом. Но чтобы это точно проверить, наверное, нужно быть каким-нибудь параноиком. Это Антону пока что не грозило.
Закончив завтрак, Фома так же молча вытер губы салфеткой, слегка качнул указательным пальцем: будь на месте, – встал и ушел. Антон остался сидеть. Он внимательно изучил ажурные резные панели в восточном стиле, затем переключился на двух бизнес-вумен за столиком в другом конце бара. Перед ними лежали объемистые папки с бумагами, стояла бутылка виски (опорожненная почти на треть) и две рюмки. Никакой закуски Антон не заметил – только орешки. Одна из дам напоминала Марину Влади в молодости. В другое время он бы, возможно, что-нибудь замутил в этом направлении. Но не сейчас.
Фома вернулся через десять минут.
– Короче, слушай. В Тиходонск ехать никто не хочет. Там завалили Ежа, и вообще беспредел…
Он остановился и уперся взглядом в Антона, как будто Антон лично расправился с этим Ежом.
– Но я мог бы…
– Ни хрена ты не мог бы, – перебил его Фома. – Деньги твои всем побоку. Они не хотят ехать, и они не поедут."
"На этот раз Антон выдержал паузу и ничего не сказал.
– Но есть вариант, – продолжил Фома, как бы награждая его за терпение. – Я переговорил с одним челом в Питере. У него есть спец как раз по вашему региону. Спец высшей категории, жрет одну сырую печень, настоящий самурай.
Фома усмехнулся. Возможно, он опять пошутил. А может, и нет.
– По сотке за голову. Передашь через меня фото, адреса, телефоны – все, что есть. И деньги, конечно. И бутылку хорошего коньяка. Очень хорошего.
– А коньяк зачем? – не удержался Антон.
– А хрен его знает. Любит, наверное.
Боцман
Он придумал будто человеку, чтобы быть убитым качественно (быстро, с гарантией, безболезненно), нужно пройти через квалифицированных специалистов высокого уровня. Заказчик ищет этих глубоко законспирированных специалистов, поднимает все свои знакомства, получает необходимые рекомендации, оплачивает услуги. Как если бы человек хотел лечь на операцию к какому-нибудь знаменитому профессору, светилу медицинской науки. Только здесь все делается без личного присутствия пациента, и даже без его ведома. И он не хочет никуда ложиться. Вот в чем вся штука.
Только какое кому дело? Вот направление, вот печать, вот квитанция об оплате – ложитесь на стол и не дергайтесь, а то дольше будете мучиться. Он работает. Он – специалист, золотые руки. Он – светило. К нему записываются в очередь. И обязательно дарят коньяк, который он не пьет.
Лебедю кто-то позвонил. В такие моменты находиться с ним рядом не очень вежливо, да и небезопасно. Разговоры всякие могут быть, и хотя смысл маскируется, вдруг услышишь что-то лишнее… А скорее, и не услышишь, но кто-то подумает, что мог услышать. И в том, и в другом случае будут проблемы.