А на хрена, спрашивается, такое кино?
Когда проснулся, в зале горел свет и никого не было, а по рядам ходили бабульки с пакетами, собирали мусор и на него косились. Мурена тоже куда-то делся. И на улице его не было. Ага. Вот, блин, дела.
Пошел направо, потом налево. А потом уже не помнил, куда. Купил пирожок, пивом запил. Когда расплачивался, заметил, что рука дрожит. Продавщица ничего не увидела. Здесь друг на друга не смотрит никто, оно и понятно, потому что иначе глаза разбегутся и вообще вылезут на фиг. После Кульбак это, конечно, тяжко. Это первая его самостоятельная вылазка в Тиходонске, и в самом центре к тому же, где вообще не продохнуть, сколько народу, даже не нужно идти ни в какой супермаркет, а где Мурена и остальные, хрен их знает. Главное, как вспомнишь, что ведь реально мечтали, когда ехали сюда, что весь этот гребаный муравейник станет плясать под их дудку, все тут будут процент им отстегивать, мужики будут приседать, а вот эти телки расфуфыренные в диорах и шанелях будут ноги раздвигать им навстречу – ну, блин, просто смешно становится, какой это был тупняк и наивняк!
Ходил, ходил. Добрел до мест, где асфальт гладкий, дома крутые, как на подбор, а в воздухе сплошная парфюмерия и фраера со своими телками прикинуты как вообще парижане или лондонцы какие-нибудь. Ну, как он их представляет, конечно. Сидят себе на верандах ресторанов, деликатесы едят, сигары курят, базары трут, смеются… А ему и жрать охота, и курить, только пирожки здесь не продаются, сигареты все выкурены, а купить новую пачку стремно, чтобы опять руки трясущиеся, да рожу засвеченную не показывать.
Бродит, как дури наглотался, никак не может выбраться – кругом витрины огромные, вывески бронзовые, двери дубовые или стальные, рядом швейцары стоят, охранники… Вон парковка за будкой со шлагбаумом, на ней только «мерсы», «бэхи», «ауди» и прочие крутые тачилы, – туда абы кого ни в жизнь не пропустят… А перед шлагбаумом огромная золотая надпись «Отель Аксинья»!
Ни хрена себе! Его собственный, можно сказать, отель, который им Север обещал, символ их будущей красивой жизни, и вот он стоит тут без копья денег, без крыши над головой, на хвосте мусора висят, а швейцар, такая, блин, горилла в пурпурной ливрее, косится на него, как на бомжа, – типа вали отсюда, пока глаз на жопу не натянул…
Спустя пару часов позвонил Мурена. Спросил: «Ты где?»
– А хрен его знает…
Не ори, говорит, а подойди, говорит, к перекрестку, прочти названия улиц и номера домов. Читать не разучился еще?
Ну, подошел. Ну, прочел.
Хорошо, говорит, садись на автобус номер такой-то и дуй до самых Электромонтажников. Это, говорит, конечная остановка, не ошибешься.
А до этих Электромонтажников ехать, блин, как до Луны. В Кульбаки и то скорее бы сгонял. Чуть не уснул опять.