Она бы заперлась в ванной, а потом все свалила на него, еще бы и изнасилование приплела…
Ниндзя отрезал себе колбасы, вернулся в свою комнату, включил по сети какой-то ужастик, но не выдержал и десяти минут.
Ружье внизу, в подвале, не давало ему покоя. Хотелось еще раз потрогать его, подержать в руках… И в то же время оно пугало его. Он впервые задумался, что будет делать с ним дальше. Ящик завтра-послезавтра заметит пропажу. Если ружье у него зарегистрировано, как полагается, он заявит в полицию. Если нет, то будет искать сам… Насколько сложно вычислить, что приличный парень, пришедший в гости к его дочери, вдруг взял и забрался в багажник машины? Наверное, все-таки сложно. Ведь парень был у них дома, а машина стояла на улице, там полно всякого сброда… А с другой стороны, пока этот парень не появился, ружье всегда было на месте, а как только появился, оно тут же куда-то исчезло…
Блин. Так можно до чего угодно додуматься.
Лучше не думать. Вообще не думать. А что делать?
Что?
Пока ничего не успело прийти в голову, Ниндзя взял телефон, быстро набрал Берца.
– Спишь, нет?
Сонным голосом с подвываниями Берц ответил в том смысле, что конечно же, мать твою, он уже не спит, хотя только что, мать твою, спал.
– Вот только честно, Берц: ты хочешь упиться до усрачки? А перед этим денег срубить по-взрослому?
Берц ответил в том смысле, что пошел он в задницу. То есть да. То есть однозначно.
– Тогда давай, через десять минут возле строймаркета. Где козлика нахлобучили в последний раз. Да, Гвоздя прихвати, если хочешь. И Лопуха тоже.
Ниндзя взял на лоджии спортивную сумку через плечо, из-под мойки в кухне достал рулон пакетов для мусора. И пошел обуваться. Он очень торопился. Он ни о чем не думал. Главное – не думать. Скользить по действительности, как сноубордист на горном склоне, вопя от избытка адреналина. Обернешься, испугаешься – свернешь шею. Однозначно.
Когда он показал ружье, у Берца сразу отвалилась челюсть. Это надо было видеть. Он даже спросил:
– Можно взять?
Хотя сроду таких вопросов никому не задавал. Он всегда и все брал, не спрашивая.
Ниндзя сказал:
– Можно. Только, блин, не урони. У тебя руки, вон, трясутся.
Берц взял расчехленную пушку бережно, почти торжественно, словно собрался присягу принимать.
– Ого, тяжелый!
– Это ж тебе не игрушка и не травмат. Это настоящее оружие!
Понюхал, заулыбался. Крутил, вертел, щелкал затвором, вздыхал и шепотом матерился."
"– Вылитый «калаш». А патроны где?
– В магазине, где еще.
– В Гастрономе, – сострил Гвоздь.
Лопух хихикнул. Идиоты. Ниндзя показал им рожок, в который только что загнал пять патронов.
– Блин, учитесь! Вот это называется магазин. Смотрите.
Он взял у Берца винтовку, вставил рожок, передернул затвор.