Загадочный мир антикварной торговли полон тайн и опасных встреч. Антикварам, как шпионам, приходится скрываться в тени, маневрируя между честными сделками и криминальными схемами. Герой романа попадает в переплетение интриг, где каждая редкая вещь может стоить жизни, а доверие — самый...
Судя по вашей загадочной улыбке… Бог ты мой! Неужели вы – актриса?
– Ну да.
– Там же, в оперетте?
– Угадали.
– Ох, простите… – сказал Смолин с видом величайшей сокрушенности. – Я, в самом деле, в культурной жизни нашего славного города не силен…
– Это при вашем-то роде занятий?
– Да, так вот оно и получается… Простите великодушно…
– Ничего, я, в отличие от некоторых, «святому искусству» не поклоняюсь, как дикарь – тотему. Я, Василий Яковлевич, не звезда и не жрица Мельпомены, выше головы прыгнуть не стремлюсь, работаю, лямку тяну…
Голос у нее был чуточку грустный – но, когда имеешь дело с профессиональной актрисой, принимать такие вещи за чистую монету не стоит. Она может просто-напросто добросовестно разыгрывать очередной образ…
– И все же я не верю, что вы там, в оперетте – пятая слева припевочка в шестом ряду…
– И правильно. Я и Сильва, я и невеста Фигаро… если вы только знаете, кто это такие.
– Ну, уж не настолько я темен… – сказал Смолин энергично.
– Далеко еще?
– Всё, пришли…
Распахивая перед ней калитку, Смолин бросил быстрый взгляд через плечо – машина была на месте, разве что двое в ней изменили позы.
Поднялись в мансарду, где уже чуточку сгустился полумрак. Привычно протянув руку, Смолин нажал выключатель, вспыхнули две неярких лампы по противоположным стенам…
– Ой…
Гостья шарахнулась, налетела на Смолина в непритворном испуге, поневоле пришлось схватить ее за плечи, удерживая – достаточно приятная ситуация, что уж там. Подтверждая кое-какие свои догадочки, он задержал ладони на плечах – а Рита не шевелилась, как будто так и надо.
– Что это… – проговорила она шепотом.
– Ах, вон оно что… – спохватился Смолин. Неторопливо снял Вождя со шкафчика и спрятал его внутрь, на верхнюю полку. – Это, знаете ли, тоже антиквариат, он разным бывает…
– Серьезно?
– Совершенно. Скиф. Садитесь… Коньячку хотите?
Маргарита, все еще поглядывая за спину, на дверцу шкафчика, передернула плечами:
– Налейте, в самом деле… До сих пор жутковато. Вы что, готику любите?
– Готику? – пожал он плечами. – А, это… Да нет, никакой некрофилии. Просто наши предки, как мне объяснили, именно такие вот черепа держали дома в качестве оберегов.
– Ничего себе оберег… Чуть сердце не выскочило…
– Сказку помните? – сказал Смолин.
