Загадочный мир антикварной торговли полон тайн и опасных встреч. Антикварам, как шпионам, приходится скрываться в тени, маневрируя между честными сделками и криминальными схемами. Герой романа попадает в переплетение интриг, где каждая редкая вещь может стоить жизни, а доверие — самый...
Разумеется, могут быть и другие версии, но истины уже не доищешься, да и какой в ней толк, кому она нужна? Коли уж господин Чепурнов этот мир покинул окончательно и бесповоротно, интересно все же, вроде бы и верующим был наш оборотистый аксакал, а вот поди ж ты, в гроб попросил положить насквозь басурманскую регалию… а впрочем, наше дело маленькое, о чем нас попросили, то мы прилежно и исполнили, совесть чиста, а значит…
– Василий Яковлевич…
Он чуточку вздрогнул, надо признаться, обернулся резковато. Дашенька Бергер, очаровательное, интеллигентное и утонченное создание, надежда родителей (каковые сами в мире высокого искусства достигли не особенно и много, а потому, как водится, все надежды возлагали на то, что родимое чадушко станет крутейшим искусствоведом).
Она небрежным движением сняла с головы черный платок – скорее уж невесомую косынку, надетую, надо полагать, исключительно по родительской воле. Судя по этому движению и абсолютно спокойному лицу, никакой такой особенной печали она и не чувствовала после утраты любимого дедушки. Ничего удивительного: Смолин примерно представлял, что она с малолетства слышала дома о милом дедушке: «собака на сене» и «старый придурок с хламом» – это еще самое мягкое…
– Василий Яковлевич…
– Да?
– У меня к вам серьезный разговор… Точнее, просьба…
– Минутку, ладно? – попросил Смолин, вытаскивая из нагрудного кармана завибрировавший мобильник.
Выслушал. Отозвался парой коротких реплик. И отключил телефон, чувствуя, как на лице невольно расплывается улыбка. Это здорово, это чертовски здорово, наконец не просто определенность, а простор для маневра…
– Итак?
– Василий Яковлевич, создалась такая ситуация, что мне и не с кем посоветоваться…
– О чем?
– Н у, это касается антиквариата… Я же знаю, что вы – великий знаток и профессионал…
– Да уж какой там великий…
– Все равно. Главное – знаток и человек компетентный. Дедушка о вас всегда так и отзывался.
– И далеко не с обожанием, а?
– Ну, в общем… – Дашенька похлопала ресницами в некотором смущении. – Но это ведь не главное, как бы он о вас ни говорил в бытовом плане, считал вас крутым профессионалом…
– Даша, можно ближе к делу? Мне только что звонили, нужно ехать, дело важное…
– Мне нужно с вами проконсультироваться… по поводу одной вещички. Осталась от дедушки… – она оглянулась по сторонам с таким видом, словно опасалась слежки.
