Смолин, опытный антиквар из старого дома, терпит неимоверные муки от неподкупных клиентов. Несмотря на производственные хлопоты и жалкие суммы за свою работу, он сохраняет вечно возобновляемую надежду: что-то обязательно выйдет на ожидаемый лад. В мире антиквариата лишь терпение способно противостоять постоянному потоку сомнительных продавцов и прихотливым коллекционерам....
Гонзиц, легонько похлопывая черепушку по затылку, смотрел на присутствующих прямо-таки с гордостью.
– Ладно, – сказал Смолин. – Я заранее понимаю, что передо мной нечто из ряда вон выходящее – иначе б ты не пер этого жмура за полтыщи верст… Просвещай темных, наука…
– Докладываю, – сказал Гонзиц. – Классическое скифье. Покойный товарищ был, несомненно, если не вождем – а я все же полагаю, что вождем, и намерен незамедлительно это обосновать, – то как минимум нешуточным богатырем наподобие скифского Илюхи Муромца…
– И из чего это вытекает? – осведомился Смолин, приглядываясь к дырам в черепушке.
– Из того, как его убивали, – сказал Гонзиц наставительным тоном профессионала. – Сначала его шарахнули в висок чем-то вроде палицы, отсюда и пролом, и он грянулся с коня…
– А почему не просто упал, будучи пешим?
– Посмотри сюда, – сказал Гонзиц, прикасаясь указательным пальцем к обширному участку кости над левым глазом. – Как напильником стесано, а? Пеший убитый, падая, настолько не повредил бы череп, он должен был упасть с высоты, то есть, сто процентов, с коня… скелет, кстати, тоже был характерно поломан – с коня, с коня, никаких сомнений… Вот.
Выдвинув ящик, Смолин достал небольшой скифский чекан в зеленой окиси, держа его двумя пальцами, примерился острием ромбического сечения к одной из дырок – ну да, чрезвычайно похоже.
– Вот только потом соплеменники вождя определенно отбили, увезли домой и похоронили честь по чести, – продолжал Гонзиц. – Потому что погребение я раскопал полное: череп от скелета не отделен, вещичек имелось предостаточно. Если бы его захапало в качестве добычи то самое вражье, что вождя замочило, в земле лежал бы только череп.
– Помню, как же, – кивнул Смолин. – У скифов такие вот заслуженные черепушки полагалось оберегами ставить, а?
– Совершенно верно. Чтоб сторожил жилье и приносил счастье, удачу и все такое прочее…
Шварц раскатисто захохотал.
– Чего смешного? – недовольно покосился Гонзиц. – Наукой, детинушка, это установлено достоверно…
– Да я и не сомневаюсь, – сказал Шварц, все еще фыркая.
