Когда фигура вплотную приблизилась к ним, Нур понял, что принял правильное решение — незнакомец оказался Романом Шварцманом. В руках у него был зажат вовсе не автомат, а фотоаппарат.
Журналист летел, не замечая никого вокруг, словно за ним гнался оживший Бен Ладен. Нура и Никитича он увидел, только налетев на военспеца и чуть не сбив его с ног. От испуга Шварцман выронил фотоаппарат и, громко ойкнув, плюхнулся на землю.
— Сделаешь мне фото с обезьянкой? — громко окликнул его Нур. Окрик подействовал на журналиста волшебным образом. Широко раскрыв глаза, он уставился на спрашивающего, узнав наконец-таки партнера.
— К-какой обезьянкой?
— Вот этой, — Нур указал на Никитича. — Говорящей.
— Так это же местный замдиректора, — наконец произнес журналист, пристально вглядываясь в багровеющего Стального.
— Обезьянки тоже бывают замдиректорами, — Нур с улыбкой смотрел на исходившего злобой спеца.
— А я вас искал, — невпопад заявил журналист.
— Уже нашел. Не твоих рук дело случайно? — Нур кивнул на пожарище.
— Моих, — вдруг согласился тот. — Пятьдесят тысяч баксов копейка в копейку. Подрыв здания «Анти-Т» в знак протеста против подавления свободы слова, обстрел из крупнокалиберного оружия в течение получаса силами десяти человек. Плюс надбавка за срочность. Цитирую прямо по контракту.
Нур от неожиданности чуть не шлепнулся рядом со Шварцманом. Такой прыти от партнера он никак не ожидал.
— Ну как же? А отвлечение внимания? Тебе же нужна была помощь…
— Стратег. Все просчитал, — Нур уважительно похлопал Клея по плечу и добавил уже от души: — Искреннее спасибо. Спас буквально.
Никитич страшно замычал, задергал головой, стараясь, видимо, вытолкнуть кляп.
— Вот и местное руководство хочет тебе спасибо сказать, — прокомментировал Нур и вытащил платок у него изо рта. — Давай-ка послушаем его.
Однако Стальной разразился проклятиями:
— Сволочь ты, Игрок, продал нас террористам! Ладно этот-то. Но ты?
— Не принимай близко к сердцу, Никитич. —
Голос бывшего стяговца был полон фальшивой благожелательности. — Я просто нанял одну банду, чтобы расквитаться с другой. Лучше топай дальше… Не нужно было детей обижать, — добавил он, и, когда экс-начальник оказался перед ним, со всей силы врезал ногой по поджарому заду, от чего стреноженный заложник чуть не полетел носом в асфальт.
К тому времени перестрелка начинала стихать, хотя отдельные выстрелы еще были слышны. Нападавшие явно схалтурили, не выдержав оплаченные полчаса обстрела.
