Маленькие быстрые глаза, реденькие волосы, спутавшиеся на остроконечной голове, короткие руки — все это невольно наводило на мысль, что перед тобой карлик.
— Вам кого? — подымаясь из-за стола, пробасил усатый. Он вытер руки и направился к Костричкину, остановившемуся у дверей. Лейтенант понял, что это хозяин дома.
— Белгородов Василий Захарович? — спросил Костричкин.
— Он самый. А вы кто будете?
Костричкин откинул полу тулупа, достал удостоверение и протянул хозяину. Тот подошел к столу, нагнулся к лампе. Потом молча протянул удостоверение своему товарищу. Тот долго рассматривал документ и с заметной тревогой в голосе спросил:
— С чего бы это вдруг?
Хозяин недоуменно пожал плечами и вернул документ лейтенанту. Наступило неловкое молчание.
— Василий Захарович, нельзя ли у вас переночевать? — спросил Костричкин.
— Почему ж нельзя, — спокойно ответил Белгородов. — Милости просим. — Маленький вскинул остроконечную голову, и его глаза забегали с лица Белгородов а на Костричкина. А Белгородов, помогая гостю снять тулуп, спросил:
— Небось, проголодались в пути, лейтенант? Садитесь с нами за горячую картошку.
— Спасибо, Василий Захарович, не могу, на дворе стоят розвальни. Определить бы их куда-нибудь.
— Это мы в один момент. Оставайтесь в избе, а я все устрою. — Белгородов надел меховую шапку, тулуп и вышел.
— Присаживайтесь, присаживайтесь, — засуетился остроголовый. Он вышел из-за стола и внезапно предстал перед Костричкиным человеком среднего роста, нормального телосложения. Костричкин со скрытым удивлением посмотрел на этого странного человека.
— Снимите шинельку-то. У нас жарко натоплено. Мороз-дедушка к нам доступа не имеет.
Костричкин молча снял шинель, повесил в углу на гвоздь и оглядел комнату. Все говорило об отсутствии в доме женщины. Стол ничем не был накрыт. Хлеб лежал на голых досках, правда, выскобленных до желтизны. Сильно закоптелое стекло лампы пропускало тусклый свет. Стоявшая в углу постель прибрана кое-как. Перехватив взгляд лейтенанта, остроголовый пояснил.
— Мы с Василием сегодня только вернулись с участка. Временно у нас жили наши бесквартирные рабочие, — и он смущенно опустил глаза.
— Чем же вы занимаетесь? — Полюбопытствовал лейтенант.
— Валим лес, — оживился остроголовый. — В Новом поселке проживают только наши лесорубы. Сейчас обстраиваемся, а весной работа закипит…
Белгородов вернулся вместе с возницей.
— Что же эго ты, Игнат, не приглашаешь гостя к столу? Давайте присаживайтесь…
Первым из-за стола поднялся возница.
— Пойду, взгляну на моих коняг. — Он надел тулуп, натянул ушанку и варежки и вышел.
Вслед за ним поднялся и Костричкин. В сенях он что-то сказал вознице и вернулся к столу.
— Василий Захарович, мне с вами поговорить надо.