— Помогите одеть ребенка, — попросила Лидия. Женщина растерянно стояла, не двигаясь. Тогда Лидия повелительно проговорила:
— Что же вы медлите? Аннушке нужна немедленно врачебная помощь. Вон до чего довели ребенка… Оденьте ее, пожалуйста, не видите разве — я поранилась в машине…
Женщина принялась одевать Аннушку, но, вдруг бросив подозрительный взгляд на Лидию, спросила:
— А вы кто ей будете?
— Вы же слышали — мама! — отрезала Лидия и так глянула на женщину, что та больше не задавала вопросов.
Спустя десять минут Лидия оставила Лубково позади.
На заднем сиденье машины, обложенная подушками, тепло укутанная, сидела Аннушка.
Лидия не обращала внимания на сочившуюся сквозь наспех сделанную повязку кровь. Все ее помыслы сосредоточились на одном — как можно быстрее добраться до соседнего города.
Впереди были еще томительные часы двухсоткилометрового пути…
ГЛАВА XXI"
"Солнце перевалило через зенит. Под его яркими лучами голубое озеро светилось миллионами искрящихся точек, как фантастическое зеркало. Деревья, точно очарованные, стояли не шевелясь. Только макушки чуть колыхались под едва ощутимым ветерком. Кругом царила ничем не нарушаемая тишина. Даже неутомимые воробьи приутихли, нежась в прохладной листве.
Высоко в небе одиноко парил ястреб, зорко выслеживая добычу…
Потрохов искусно замаскировался в своем укрытии и, никем не видимый, внимательно наблюдал за озером. Близился час появления рыболова. Вот уже несколько дней тот не показывался. Выйдет ли на ловлю сегодня?
Хорошо спрятанная лодка Потрохова в любую минуту могла оказаться на воде. Таких лодок было восемь. Прикрытые сучьями, они почти сливались с местностью. Вокруг озера залегли посты. Геннадий перебрал в памяти участки, занимаемые его людьми. Он придавал особое значение устью безымянной речонки, пересыхающей в разгар лета, но многоводной сейчас. Устье служило рыболову для хранения лодки и снастей.
Потрохов взглянул на часы. Обычно очень точный, рыболов явно опаздывал на сей раз. Неужели пронюхал о засаде? Или, может, кто-нибудь из дозорных неосторожным движением демаскировался и насторожил рыболова? А что у того есть причины опасаться людей, — можно было не сомневаться.
Потрохов тщетно напрягал зрение — время шло, а рыболов все не появлялся.
Когда Потрохов уже отчаялся увидеть рыболова, тот вдруг выплыл из устья и, медленно гребя, направился к середине озера. Бросалась в глаза очень низкая посадка лодки, как если бы в ней находился тяжелый груз.
Геннадий направил бинокль на рыболова. Было отчетливо видно, как тот взял длинное удилище, забросил леску в озеро, уселся поудобнее и замер. В таком положении рыболов обычно сидит тридцать минут. Это уже известно. Вычтет ли он из этого времени опоздание.