– Вы чертовски умно разобрались во всем этом, – со скрытой насмешкой согласился он, – и я не понимаю, что же вы хотите от меня, полковник?
– Разобраться во всем этом не составляло особого труда, – холодно заметил Соколов. – И вы отлично знаете, что я от вас хочу. На заводе остался ваш агент, тот самый, которому вы выбросили тогда документ, так?
Пан Юлиан молча кивнул.
– Я хочу, чтобы вы назвали нам его. Под какой личиной он действует на «Красном Октябре»?
– Я вас понял, полковник. Вы правы, как резидент разведки я мог бы дать весьма ценные для вас показания… Раскрыть своего ближайшего помощника на «Красном Октябре» и дать вам возможность арестовать его. Я мог бы… – пан Юлиан неожиданно усмехнулся, в его устремленных на Соколова глазах появилось выражение злобы, – ведь мне надо спасаться.
– Каким же образом вы собираетесь спасти вашу шкуру? Мороча мне голову?
– О нет! Искренностью. Вы требуете от меня только правды: так получайте ее – мой человек на заводе остался, и вам никогда не удастся добраться до него. Задание разведки против Шаврова… Обо всем этом и еще кое о чем важном для вас я дам показания, но лишь при одном условии: мне будет сохранена жизнь. Дайте мне такие гарантии, и я все скажу. А знаю я много. Принимаете мои условия?
– Вот что, – сурово сказал полковник Соколов, – если вы действительно хотите позаботиться о своей судьбе, то прекратите вашу игру и начинайте давать показания, если не хотите – не будем тратить зря время. – Он нажал кнопку звонка и приказал вошедшему секретарю:
– Вызовите конвойных.
– Слушаюсь, – секретарь вышел.
– Ваши ультиматумы тут – наглость и глупость, – продолжал Соколов. – Вы напрасно надеетесь, что мы будем вступать с вами в сделки. Вам должно быть ясно: мы располагаем достаточными материалами для того, чтобы предать вас суду за шпионаж и убийства, и мы это сделаем. А ваши тайны мы раскроем и без вас. Вы не захотели воспользоваться моим советом и проявить искренность на допросах – советский суд, наверное, учтет и это.
Вошли конвойные, тихо лязгнуло оружие.
– Уведите его! – приказал полковник. Арестованный медленно поднялся и, тяжело ступая, пошел к двери.
Полковник Соколов ни на минуту не забывал о том, что интересовало его все время: человек, только что сидевший перед ним, организовал появление в Красногорске Сигизмунда Васюкевича и находился в прямом контакте с замаскировавшимся там другим вражеским лазутчиком, известным нашим органам государственной безопасности под именем пани Ядвиги. Однако допрашивать об этом пана Юлиана пока было явно бесполезно, он упорно не хотел давать показаний. Надо было оформлять дело для направления в суд. Возможно, он все-таки одумается.