– Он же был прислан не столько для того, чтобы вы командовали им, сколько для того, чтобы через него настоящий резидент пан Юлиан имел возможность командовать вами!
– Да, они обманули меня, – Чурилин жадно выпил стакан воды и отсутствующим взглядом посмотрел вокруг. – Я оказался идиотом и проиграл жизнь… Мою жизнь.
– Но предварительно вы загубили не одну чужую жизнь! – сурово напомнил полковник. – Итак, кто же подобрал выброшенную вами из окна кабинета Брянцева секретную справку о работе инженера Шаврова? Крысюк-Блистанов?
– Нет, тот категорически отказался идти со мной на эту операцию.
– Почему? – удивился полковник.
– Он ссылался на опасность неожиданной встречи с Аней, она могла опознать его, и тогда все сорвалось бы.
– И вы поверили ему? – полковник с недоверием посмотрел на арестованного. – Разве проживая в районе по документам Блистанова, Крысюк нигде не появлялся, боясь неожиданной встречи с Аней Брянцевой?
Чурилин пояснил:
– Крысюк упорно твердил, что если он встретит Аню, то будет вынужден в интересах дела убить ее. Я боялся подобного поворота событий, потому что хорошо понимал: в таком случае неизбежно внимание следственных органов будет в какой-то мере привлечено и к моей особе – ведь я был с ней дружен.
– Ясно. И что же предложил вам ваш «помощничек»? Прибегнуть к помощи «дяди Сени»?
– Да.
– Стало быть, не Крысюк, а «дядя Сеня» прятался за забором и ожидал, когда вы выбросите ему в окно документ?
– Да.
– Когда же справка была возвращена вам? – спросил Соколов.
– Через день. Мне отдал ее Крысюк. Я попросил его передать «дяде Сене» мою благодарность за содействие.
– Теперь-то вы понимаете, что не вы, а пан Юлиан организовал и провел всю эту операцию?"
"– Да, понимаю. Он, очевидно, хотел лично убедиться в подлинности документа, в важности его содержания.
– Гм… Возможно. Что же вы сделали, получив от Крысюка справку?
Чурилин передернул плечами.
– Переснял ее на микропленку, которую затем должен был вручить Крысюку.
– Зачем?
– Именно Крысюк должен был доставить этот документ за границу.
– Куда конкретно?
– Я не считал себя вправе допытываться, излишняя любознательность порой обходится дорого, вы сами понимаете… Мне казалось, что он будет переходить границу на юге и постарается пробраться в Карс.
– Почему вам так казалось? – насторожился Соколов.
– Крысюк неоднократно расспрашивал меня о подробностях, связанных с моим переходом советской границы, интересовался всерьез местностью, трудностями… Выспрашивал о проводнике, которого мы с Кнышем называли Оглу. Я тогда подумал, что это неспроста, что ему приказано идти тем же путем.
– Пользовались ли вы радио для связи с разведцентром?
– Нет, ни разу.