Позади комендатуры, с той ее стороны, куда не выходило ни одного окна, горы круто обрывались угрюмой долиной, по ту сторону которой поднимались высокие каменные исполины, покрытые снегом. Где-то там, в нескольких километрах от помещения комендатуры, петляют междугорьем дозорные тропы пограничников. В правом углу безжизненной хмурой долины в бинокль можно рассмотреть небольшой холмик с деревянным памятником-надгробием на нем. Это памятник красноармейцу-пограничнику Жукову, погибшему там в двадцать третьем году. Никто сейчас не знает ни его имени, ни откуда он был родом, но память о подвиге Жукова жива до сих пор, имя его бессмертно.
В те годы пограничных застав было и этих местах мало, разбросаны они были одна от другой на значительных расстояниях, и людей служило на них – раз-два и обчелся. А из-за границы, из-за этих вот мрачных холмов, банды нападали на мирных советских жителей, на горные кочевки, убивали людей, угоняли скот. Кочевки – сложенные из подобранных поблизости камней изгороди-заборы, куда на ночь чабаны загоняют отары овец, в которых живут летом и сами, готовят незамысловатую пищу, спят. У кочевок ночами не прекращаются волчий вой, рев обезумевших от голода и злобы зверей, лай рассвирепевших пастушьих псов-волкодавов, сильных, огромных, обросших густой шерстью.
Доставив в комендатуру срочный пакет, Жуков вечером верхом возвращался к себе на заставу, проехал благополучно Чертовы ворота, уж был почти дома, как вдруг услышал подозрительный шорох слева, со стороны границы. Красноармеец понял – нарушители, – и не колеблясь повернул коня навстречу врагам. Он увидел: к развалинам кочевки Ордоклю, той самой, на которую смотрел теперь Русаков, еле различимые в вечернем сумраке, пробирались люди, чужие люди. Единоборство с пришедшими из-за кордона бандитами не входило в его задание, но иначе красноармеец Жуков поступить не мог. Навстречу ему раздался выстрел, пуля взвизгнула где-то совсем рядом. Сорвав с плеча винтовку, Жуков с ходу ответил… Завязалась перестрелка. Жуков не давал возможности бандитам прорваться дальше в наш тыл. Он не знал и не пытался узнать, сколько перед ним врагов, – это для него не имело никакого значения – банда не должна пройти! Его тяжело ранили, но он, не обращая на это внимания, продолжал сражаться. Турки бесновались, выстрелы трещали не умолкая, выбивали из камней вокруг красноармейца искры. Одна из вражеских пуль смертельно поразила героя в голову – Жуков затих, винтовка выпала из его рук. Торжествуя, банда рванулась вперед, но было уже поздно: на выстрелы подоспели отряды пограничников, и бой разгорелся снова. Прорвавшуюся банду уничтожили, в ней оказалось тринадцать человек. Жукову считать их было некогда, задачу, поставленную ему сердцем, он выполнил.