– Вчера комендант участка сообщил всем начальникам застав, что с той стороны за нашей границей в последнее время ведется усиленное наблюдение.
Ерицян передернул плечами.
– На участке нашей заставы ничего подобного не отмечено. Вы в этом могли и сами убедиться, товарищ старший лейтенант.
– Это ровно ничего не значит, мы могли и не заметить, а возможно, просто до нас очередь не дошла, – сказал Щелков. – Рисковать нельзя. В случае если наблюдение за нами было, – надо спутать им карты. Вот почему я изменил маршруты нарядов. Понятно?
– Так точно, товарищ старший лейтенант, понятно.
– Не исключено, что иностранная разведка готовит переброску своего агента, – продолжал начальник заставы, – так что глядеть надо в оба. А как у нас с тылом? Не появились поблизости от границы новые люди?
– Да нет, в общем-то без перемен. Командированных нет, на кочевках чабаны все те же, мы их знаем по прошлым годам. Вот только к Исмаилу Газиеву племянник приехал.
– Что за племянник, ты проверил?"
"– Так точно, проверил. В отпуск прибыл с Крайнего Севера, к дяде, ну а поскольку дядя на кочевке, и он сюда… Разрешение колхоза имеется.
– А твое?
Ерицян с недоумением посмотрел на начальника.
– Я не видел оснований запрещать пребывание на кочевке племянника такого проверенного человека, как Исмаил Газиев, – сказал он.
– Да, да, конечно, – согласился Щелков. – Только присматривать за этим человеком следует.
– Присматриваем, – заверил Ерицян, улыбнувшись. – Только ничего подозрительного не заметили. Племянник старика Исмаила – его зовут Энвер – близко к границе не подходит, бродит возле кочевки, любит ходить гулять к озеру.
– В наш тыл… – у Щелкова поднялись брови. – Он что же, рыбной ловлей занимается, что ли?
– Да нет, просто так. Старик справку мне показывал, а в ней врачи пишут, что больному Энверу Газиеву необходим свежий горный воздух, – легкие у него слабые, к туберкулезу предрасположен человек. Вот он и дышит нашим горным воздухом.
– А что ж он к нам на заставу не пришел? – недоверчиво спросил Щелков.
– Я попытался выяснить это у старика. Говорит, сам не знает, возможно, боится, как бы чего не подумали, все-таки граница, а может, стесняется.
– Стесняется… – Щелков строго сдвинул брови. – Не постеснялся с Крайнего Севера аж на самую границу пожаловать!
Ерицян горячо сказал:
– Я запрашивал… с места работы ответили, что инженер-геолог Энвер Газиев действительно выехал в отпуск, а вот куда – не сообщили.
– А не рано ли вы, товарищ лейтенант, успокоились? Надо проверить более основательно. Утром поедете в район, свяжетесь с отделом государственной безопасности.
– Слушаюсь.
Офицеры разошлись. Утром Ерицяну никуда ехать не пришлось, отпала необходимость, но об этом потом.