– Ай-яй, Симон, – укоризненно покачал головой приезжий, – мы же условились разговаривать по-честному…
– Я что-то вас не пойму, полковник…
– Перестаньте вилять, товарищ Аракелян, – иронически сказал Христофоров, – отлично понимаете. Но если хотите, я подскажу, о чем вам следовало бы заявить советским органам безопасности… Так, мол, и так – перед репатриацией жил я вовсе не в Канаде, а в городе Нью-Йорке и занимался там, конечно, не сельским хозяйством, а…
Аракеляна точно пружиной подбросило, он зловеще наклонился над столом, уперся в него руками.
– Ложь! Клевета! – яростно прошипел, брызгая слюной. – Как вы смеете, я к вам всей душой, а вы…
Приезжий спокойно смотрел на бесновавшегося хозяина. Ни смущения, ни страха не отразилось на его лице.
– Чего ты шумишь, джан? – произнес он. – Перестань прыгать и перемени тон. Садись! И не вздумай грозить мне – это невежливо, я же гость в твоем доме, ну и к тому же я вооружен.
Не спуская с него глаз, Аракелян опустился на стул. Хмель с него слетел.
– Вы стали слишком нервным, джан, – насмешливо продолжал Христофоров. – Вы, конечно, понимаете, откуда я? Так вот, гражданин Аракелян, вы дали нам неверные сведения о себе с самого начала. Беситься теперь нечего, сами виноваты. Неужели вы думали, что мы о вас ничего не узнаем?
– Что же страшного вы обо мне узнали? – Аракелян определенно взял себя в руки.
– Представьте себе, немало. Нам, например, известно, что родились вы не за границей, а в Советском Союзе… Дальше, – известно, что, проживая в Нью-Йорке, вы работали в синдикате преступников и имели кличку «Черный голубь».
– Что?.. Ложь! – Аракелян бросился на Христофорова и схватил его за горло. Тот с трудом оторвал его от себя, тогда Аракелян прыгнул к стене, у которой стояла детская кроватка.
Христофоров хрипло сказал:
– Сядьте вы, черт вас побери! Пока будете искать оружие, я успею всадить в вас целую обойму. – Резко приказал: – Садитесь, и без фокусов, живо!
Аракелян, озираясь, неуверенно сел на стул.
– Кто-то хочет погубить меня, но из этого ничего не выйдет, – злобно произнес он. – Меня оклеветали, полковник.
– Перестаньте играть хоть со мной-то, – сухо сказал инспектор. – Смешно, ей-богу… Возьмите себя в руки и не шумите зря, мне необходимо поговорить с вами.
– Я не хочу слушать ваших выдумок! – с гневом произнес Аракелян.
– У вас прекрасная выдержка. Ну, еще немного, и я кончу, я все-таки хочу помочь вам.
– Перестаньте издеваться надо мной, или я не посмотрю на ваше оружие, – пригрозил хозяин."
"– В США вы попали из Западной Германии, – будто не слыша его, продолжал Христофоров. – Мы знаем и о том, как вы очутились в Германии: в тридцать девятом поселились у границы с Польшей, вам же снились доллары и марки.