Заодно кончатся и твои переживания, ты станешь жить, как тебе вздумается. Соглашайся, не медли, завтра будет уже поздно.
– Вы предлагаете бросить все и бежать?
– Во-первых, не бежать, а уйти, во-вторых, не «бросить все», а взять с собой и Майю с ребенком. Довольно с тебя брошенной Розы Гаспарян с дочкой. Ты должен объяснить жене, что оставаться здесь не можешь… Ты же сам говорил, она для тебя готова на все! Ну, очнись, приди в себя, Черный голубь. Понимаю, тебе тут было уютно, как клопу в ковре, но с этим все равно теперь покончено, тут уж мы с тобой ничего поделать не можем, так хочет Патрик Смит.
– Будь он проклят! – Гаспарян сидел у стола, опустив голову на руки. – Когда вы хотите переходить границу? – спросил он наконец.
Губы Христофорова дрогнули в еле заметной улыбке: Гаспарян сдался.
– У нас нет времени на подготовку, – сказал он. – День и час уже назначены, и мы должны успеть.
– Что же требуется от меня?
– Провести меня к Араксу.
– Но вы сказали… с Майей? Ребенок ведь может выдать нас.
Холодные, как у змеи, глазки Христофорова остановились на Гаспаряне.
– А кто вам сказал, что мы должны таиться? – возразил он. – Вот карта прилегающего к заставе района… Скрытые места подходов к линии границы, естественно, тщательно охраняются. А вот здесь местность открытая, и на ней мы можем встретить лишь отдельные наряды пограничников. Не так ли, Черный голубь?
– Да, конечно.
– Вот мы и пойдем открытым полем. Тут-то пограничники нас ждать не будут.
Аракелян с нескрываемым удивлением посмотрел па Христофорова.
– Пограничники в наряде вооружены винтовками, автоматами, гранатами… – заметил он.
– Знаю. Мы тоже будем вооружены, и не хуже их, – сказал Христофоров. – Оружие я переправил сюда заранее, оно в двух шагах от твоего дома.
– Мы пойдем вдвоем?
– Нет. На рассвете я должен встретиться с моими людьми, их пятеро. Четверо пойдут с нами к границе с оружием в руках. Тебе понятен мой замысел, Черный голубь? Мы пойдем на вооруженный прорыв. Там, в открытом поле, нам повстречаются пограничные наряды, но каждый раз нам придется иметь дело только с одним нарядом в составе двух человек, то есть каждый раз нас, отлично вооруженных и готовых на все людей, будет в три раза больше, чем пограничников. На нашей стороне также неожиданность и еще кое-что… Впрочем, скажу: мы пойдем, прикрываясь женщинами и детьми. Для пограничников это будет ново – в женщин и детей они стрелять не станут. Итак, шестеро против двоих – неужто мы не справимся? Не верю. Решающее значение будет иметь и быстрота нашего продвижения к Араксу, стоит замешкаться, и мы окажемся в кольце пограничников.
– Аракс… – в голосе Аракеляна слышалось сомнение.