— Что случилось?
— Вот полюбуйтесь, товарищ главный старшина. Вместо того, чтобы выполнять боевой приказ, он смотрел вверх и считал ворон. А места здесь опасные. Вот и досчитался.
— Как же это ты так неосторожно? — обратился командир взвода непосредственно ко мне.
Я все еще никак не мог толком осмыслить происшедшего. Действительно в тот момент я посмотрел назад. Но чтобы оступиться, такого я не припомню. Предположим, что оступился. Ну и что? Ведь до кустарника, за который я зацепился, всего каких-нибудь два-три метра. Да и что могло рвануть меня с такой силой? Чертовщина какая-то. Вдруг резанула меня мысль: «А что, если... Да нет, ты что? Такого не может быть».
— Ну как самочувствие? — спросил командир взвода.
— Да вроде ничего, — ответил я уже бодро.
— А с ногой что? Покажи.
Я поднял свою рваную штанину и успокоился.
— Пустяки. Маленькая царапина.
— Считай, что тебе повезло. Могло быть гораздо хуже. Иди на пост и смени Звягинцева. Пусть бежит аллюром сюда.
— Товарищ главный старшина, да не найдет он вас. Я же чувствую себя вполне нормально.
— Не врешь?
— Как можно, товарищ главный старшина?
— Ну ладно, пошли дальше. Только брось к черту этих ворон, лучше смотри под ноги да по сторонам.
— Есть бросить к черту этих ворон и лучше смотреть под ноги и по сторонам."
"Главный старшина ушел к старшему лейтенанту доложить о происшествии, а мы с Демидченко продолжали двигаться вперед. И чем выше, тем гора становилась круче, и под конец пришлось карабкаться по ее каменистым выступам в буквальном смысле этого слова.
Раздумывая над случившимся, я повернулся к командиру.
— Почему остановились? — шепотом спросил подошедший Демидченко.
— А что если, — предположил я, — этот камень свалил на меня чужак?
— Хоть другим не говорите этой ерунды. Засмеют. Стал бы чужак выдавать себя этим камнем, — потом примирительно добавил. — С перепугу в голову полезет и не такое.
Может, Демидченко и прав. И все-таки мысль, что я не просто оступился, а попал под уже катившийся сверху камень, не давала мне покоя. «Могло ли все это быть случайностью?» — «Могло, — отвечал я самому себе. — Дожди и ветры подточили выступ скалы и он рухнул. А если нет?» Успокоил себя тем, что прочесывание местности идет сплошной цепью моряков и к каким бы хитростям лазутчик не прибегал, спрятаться ему все равно не удастся. Дошли чуть ли не до самой тригонометрической вышки. Нигде никаких следов чужака. Подходивший к нам старший лейтенант вдруг остановился. Где-то у самого берега моря прорезал тишину одиночный выстрел. Гулкое эхо долго плутало, пока не исчезло в сумрачных расщелинах северной гряды Крымских гор.
— Он, гад! — определил старший лейтенант. — Заворачивай левое крыло к берегу моря. Интервалы сократить до двадцати метров.