И тут обе невольно вспомнили, как в такой же предрассветный час они с ужасом увидели качающееся на рее тело мавра Абдуллы. В то утро они воочию убедились в том, что хозяин «Голдсборо» умеет вершить суд быстро и необратимо.
— Все это плоды вашей фантазии, Абигель, — сказала наконец Анжелика, призвав на помощь все свое самообладание. — Не может быть и речи о том, чтобы его повесили… Вспомните, фок-мачта сломалась во время бури.
— Да, но на «Голдсборо» осталось много мачт и рей для наших мужей! — в исступлении вскричала мадам Маниго. — Это вы, презренная, увлекли нас с собой и продали своему любовнику и сообщнику на нашу погибель… Я никогда не доверяла вам!
С пылающим лицом она шагнула вперед и уже занесла руку, но властный взгляд Анжелики заставил ее остановиться.
С тех пор, как Анжелика появилась перед протестантами в новом платье, с падающими на плечи волосами, к их обиде примешивалась известная доля почтения. Благородство ее жестов и языка бросалось в глаза.
Спесивая бюргерша вдруг склонилась перед знатной дамой. Мадам Мерсело схватила ее за руку и отвела чуть назад.
— Успокойтесь, моя родная, — сказала она, отводя ее назад. — Не забывайте, что она может еще что-то сделать, чтобы вызволить нас! Ведь мы наделали столько глупостей, поверьте мне…
В глазах Анжелики появилась жесткость.
— Это правда, — резко сказала она. — По какому праву вы всегда стараетесь свалить на других вину за свои ошибки? Ведь вы чувствовали, мадам Маниго, что Рескатор заслуживает доверия, но вы не смогли удержать ваших мужей от безрассудных действий во имя целей и интересов, не более благовидных, чем те, которыми руководствуются столь презираемые вами пираты. Да, это правда, я была рядом с капитаном, когда они захватили его.
Они грозили ему смертью, они убили у него на глазах несколько его товарищей… Какой мужчина может забыть такие оскорбления, тем более он? Вы это знаете, и потому так напуганы.
Анжелика дрожала от возмущения. Смотря на нее и слушая ее слова, женщины остро ощутили всю глубину трагедии. Теперь госпожа Маниго смиренно повторила самый тяжелый вопрос:
— Что он собирается с ними сделать?
Анжелика опустила глаза. В обманчивой атмосфере мира, наступившего после ликвидации мятежа, она всю ночь сама задавала себе этот вопрос.
И вдруг госпожа Маниго тяжело упала на колени. Все женщины в едином порыве последовали ее примеру.
— Госпожа Анжелика, спасите наших мужей!
Со всех сторон к ней тянулись умоляюще сложенные руки.
— Только вы можете это сделать, — с жаром взывала Абигель. — Вы одна знаете его сердце и найдете слова, которые помогут ему забыть обиду.
Анжелика побледнела.
— Вы ошибаетесь, у меня нет власти над ним, и сердце его непоколебимо.
Женщины стали цепляться за ее платье.