Откуда ж при таком раскладе Анри научился бы любить?
И двое младших - сестрица Анриетта и братец Жиль - тоже не могли похвастаться приличной семейной жизнью. Анриетта - это огонь, это мощный и сильный огонь, но -увы, выгоревший. Ей самой пришлось возглавить оборону мужнина замка от еретиков и их наёмников, и она положила их всех, но - израсходовала слишком много сил и не смогла после восстановиться, и не было рядом другого мага, чтобы ей помочь. Она осталась жива, но не смогла родить, даже забеременеть ни разу не смогла. А муж, герцог Сеголен, вскоре после того погиб. Теперь Анриетта живет сама-одна, развлекается написанием книг и утверждает, что нисколько не страдает от одинокой жизни."
"Братец Жиль родился последним из их четвёрки, и сразу было ясно, что это - ветер. Слуги в Лимее шептались, что Жиль плачет - и набегают тучи, а Жиль улыбается - выходит солнышко. Он, негодник, был самым обаятельным с младенчества, ему сходило с рук всё то, за что отец сурово спрашивал с троих старших. Вот и вырос, зная одно лишь своё «хочу» - то есть, полной противоположностью Франсуа, для которого на первом месте всегда оставался долг. Перед родом ли, перед королём - не так уж и важно, главное -долг. Жиль же знать не хотел никаких долгов, и даже тяжёлая отцовская рука не убедила его. Дом он покинул лет в шестнадцать, да так уже и не вернулся. Воевал и колдовал - на Юге, и где-то ещё. Рассказывали, что однажды он обеспечил победу отряду старого принца Рокелора, отца нынешнего Генриха, жениха принцессы Марго - тем, что призвал небывалую бурю на войско его врага, когда тот находился на марше, и они там не то в грязи все потонули, но то градом их побило. Катрин верила таким рассказам, потому что знала, на что способен брат. И ничуть не удивилась, когда он отправился куда-то за Срединное море - опять же, по слухам, сам он родичам не отчитывался.
Впрочем, богоданный супруг рассказал Катрин, что виделся с Жилем накануне его отъезда, пытался отговорить и предлагал остаться офицером под его началом - но тому это было не нужно. Жиль - в армии? Выполняет чьи-то приказы? Не смешите мои тапочки, как говорит невеста Анри. Катрин не знала, что такое тапочки, но подозревала, что - нечто не смешное и не смеющееся. Как сам Анри и как Франсуа.
И вот теперь Жиль вернулся, и никак не понять, чего же он хочет. Катрин подумывала встретиться с ним и напрямую спросить - по-родственному, но Годфри очень попросил её так не делать. Сказал - сам поговорит, приедет в столицу - и навестит вернувшегося из какой-то явной преисподней родича. И с ним встречался Ли, но Жиль не стал откровенничать с мальчишкой. Ли умён и не стал настаивать, и Катрин подозревала, что он своё ещё возьмёт.