И тут уже Жиль не сомневался, что сможет очаровать юную деву, просто потому, что умеет это делать, а какие там умения у двадцатилетнего юнца, который во всём похож на братца Франсуа, такой же каменный и холодный?
А ещё он совершенно случайно, на попойке в столице с некоторыми приятелями юности, узнал, что сынок Безье, Антуан - на самом-то деле вовсе не Безье, а бастард покойного короля. Это были великолепные, прекраснейшие сведения, и источник не лгал и не заблуждался - такое Жиль проверял на раз, а проговорился один из ближних людей его покойного величества, бывший в курсе его любовных похождений. Но тут Жиль сделал ошибку. Нужно было молчать и донести эти сведения до Флориана, а потом уже вместе подумать, как их лучше применить. А Жиль решил сделать Антуана дрянным, но сторонником, и попытался запугать его - сказал, чтоб уговорил сестру отказаться от Анри и согласиться на него, а не то он расскажет всем, кто был отец того Антуана, и начнёт с Флориана де Безье. И похоже, щенок Антуан испугался. Или у Флориана были могущественные враги, о которых он ничего не рассказал Жилю."
"Сначала умер Флориан - быстро и страшно. Его дочь Антуан тут же выпроводил к Анри, подтвердив договор - наверное, решил, что с младшим будет проще сладить, чем со старшим? Но после слухи сообщили и о тяжёлой болезни той самой дочери, правда, следом - о её чудесном исцелении. У Жиля были глаза и уши в Лимее - и эти глаза с ушами подтверждали, что дева выздоровела и стала ещё живее и веселее, чем была. Это обнадёживало, но Анри мог поторопиться. Следовало его притормозить.
Подольститься к мадам Екатерине оказалось даже проще, чем он думал. У них нашлись какие-то общие воспоминания - из той счастливой поры, когда Жиль был молод и красив, а она ещё не овдовела. Правда, у неё были какие-то дела со щенком Антуаном, и это нужно было прекратить - потому что зачем ещё? Это было легко, всего лишь - рассказать о происхождении щенка, мадам Екатерина терпеть не могла любые упоминания о неверности своего супруга, а таковых хватало. Но щенок скрылся в Безье - кажется, понял, что нужно сидеть тихо.
Жиль очаровывал придворных дам королевы-матери и развлекал её саму рассказами о далёких землях. А Анри тем временем бился со своей потерявшей память после болезни невестой - что там за болезнь-то такая была? Ничего, это пусть. А для того, чтобы не торопился со свадьбой - вот вам, ваше высочество, королевское повеление - отложить свадьбу до прибытия в столицу. И передаст его пускай не кто-то там, а ещё один племянничек, Лионель, младший сын Катрин, священник и сильный менталист.
Лионель Жилю, откровенно говоря, нравился.