Лика открывает глаза, и первым попавшимся ей зрением является теплый силуэт мужа над собой. Даниэль спит, но его веселые и нежные глаза немедленно освещают мягкую луну за закрытыми занавесками. Мгновение они смотрят друг на друга, а потом он переворачивается так, что его губы прикасаются к шее жены. Воздух наполнен виноградными цветами и мужским ароматом кожи.
В душе появилась робкая надежда, может ему удалось вспомнить, куда отправилась моя жена???
Но Рэйнар, увидев меня, просто оделся и повел меня в темницу при Тайной канцелярии… Сначала я не понял, на фига? Но потом вспомнил о Родриге, которого сам же сюда и определил, и понял, что идем мы к нему…
И оказался прав. Не доходя до камеры, Рэйнар произнес:
— Его слова проверяли наши спецы, ну ты помнишь, у них есть такая приспособа, которая показывает, говорит ли человек правду… Так вот, тут личное, Даня, поэтому я хотел, чтобы ты сам все услышал. И еще… я запрещаю тебе наносить ему увечья… Он мне еще нужен.
Рэйнар завёл меня в камеру, в которой был Родриг и вышел, а я сел напротив бывшего соратника, которому мы с Рэйнаром доверяли и стал его рассматривать…
Он поднял голову и прямо посмотрел мне в глаза.
— Что, презираешь меня?
— Смотрю и не могу понять, зачем, а? Мы же с тобой еще до Академии дружили, а потом не раз спина к спине сражались. Я доверял тебе и никак не ожидал удара в спину. Что заставило тебя так меня подставить?
Родриг отвел взгляд в сторону, помолчал немного и ответил:
— Я в юности упал зимой в реку, меня еле спасли, но лекари поставили диагноз, что я не смогу иметь детей… Нет, с женщинами у меня все нормально, но вот забеременеть так ни одна и не смогла… Свирские — моя дальняя родня, мать Катрин является моей троюродной сестрой и я часто раньше бывал у них в гостях…Катрин, она росла таким милым ребенком, я привязался к ней, понимаешь? Считал её чуть ли не своей дочерью. Я же старше тебя, если помнишь, на шесть лет.
