Автор
В этих просторах, где каждое дежурство в постели фельдшера — большая радость, Эля не может упустить ни одного случая помочь. Ежедневное заступничество на больничном смотрится как праздник домой, но каждый день приносит новые испытания: от обхода лежачих до забот над малышами в возрасте от года. В эти дни Эля становится не просто коллегой и другом для всех жителей деревни — она стала их опорой и источником тепла....
Не скажу, что поставила на себе крест, но потеряла надежду выйти замуж. Смирилась с мыслью, что у меня не будет любимого мужчины рядом. Но ведь при этом я не буду одинока. У меня есть мои любимые малышки.
И все же в некоторые моменты я очень болезненно воспринимала собственную ущербность.
Вот как сейчас.
Наверное, потому, что Андрей понравился слишком сильно. Почему-то находясь рядом с ним, я почувствовала себя защищенной, как никогда. И при этом ощутила радостное волнение, от которого быстрее билось сердце.
Оттого еще сильнее смутилась из-за слов Марья Петровны.
— Приходите ко мне в субботу на массаж, — предложила я ей, сделав вид, что не обратила внимания на слова о невесте. — И лекарства ваши как раз придут.
Я делала все возможное, чтобы хоть как-то отблагодарить воспитательницу за ее доброту.
— Конечно-конечно, — согласилась она. — Приду. И принесу девочкам что-нибудь вкусненькое.
Подмигнув Васе и Кларе, Марья Петровна отправилась домой. Жила она недалеко, буквально в пяти шагах от садика.
В отличие от нас.
Я посмотрела на темнеющую аллею, через которую нам с девочками предстояло идти, и невольно сглотнула. Что, если Грибов объявится снова? Вряд ли его остановит присутствие девочек.
— Живете далеко? — спросил Андрей, кажется, уловив мой тревожный взгляд.
— В паре километров, — призналась я, крепче сжав руки девочек.
А они во все глаза рассматривали Андрея и переглядывались. Вася и Клара были настолько близки, что могли разговаривать без слов. Взглядами, жестами. Иногда мне казалось, будто они умеют обмениваться мыслями. Или просто думают одинаково.
Вот сейчас они явно что-то замыслили.
Пусть я не обладала экстрасенсорными способностями, но своих дочерей знала слишком хорошо.
— Значит, так, — четко и уверенно проговорил Андрей. — Остаетесь здесь и за ограду не выходите. Я беру машину и приезжаю за вами. Незачем трем красивым девочкам гулять одним по темным улицам.
Его замечание заставило мои щеки предательски заалеть. Давно никто не называл меня девочкой. И не заботился так трогательно. Я уже отвыкла от такого.
