Автор
В комнате царит неприятный гнет. Я чувствую себя зачехленной и обиженной, хотя улыбку на лице свекрови Зои Игнатьевны сложно было не заметить. Уж точно она не из тех женщин, что скрывают свое счастье, прикрываясь дружелюбием. Кровь в жилах холодит и хочется убежать от этой кошмарной ситуации....
Разрешите дорогу в комнаты указать?
Мне стоило большого труда не расхохотаться.
– Фиса, сейчас тепло, меховое манто летом я сдаю в холодильник. И разреши напомнить, владелица особняка стоит перед тобой. Все наоборот, в столовой ужинают гости.
Анфиса надулась.
– Зоя Игнатьевна сказала: «Кто придет, встречаешь его, как положено, выучи текст». Вот я и зазубрила.
– Где раздобыла эту одежду? – веселилась я.
Домработница почему-то смутилась.
– Ну… в книге на картинке прислуга одета, как я сейчас. Поехала в торговый центр, походила по лавкам, везде рисунок показывала.
– В аптеку? – уточнила я.
Фиса покраснела.
– Есть бутики, вы про них не знаете, приличная женщина туда не заглянет… Гадость! Такое там на полках! Я чуть со стыда не сгорела. Не спрашивайте, не скажу, чем там торгуют. Вот у них любой костюм есть в наличии: медсестры, горничной, пионерки. И размеры все. Привезла покупку домой и с той поры валерьянку пью.
– Секс-шоп, – догадалась я.
– Тьфу! – вздрогнула Анфиса. – Ходила у них, как в музее. Ой! Давайте сначала! Забыла крендель сделать.
– Крендель? – повторила я. – Благовоспитанная домработница встречает хозяйку хлебом-солью?
– Не-а, его ногами надо выделывать и руками юбку держать, – вздохнула Фиса. – Долго тренировалась, но никак равновесие не удержу, на бок заваливаюсь, спина деревенеет, живот выпирает.
– Имеешь в виду книксен? – предположила я.
– Верно поняли, – кивнула Анфиса. – Ну, давайте, еще разок вопритесь снаружи.
– Нет, обойдемся без кренделей, – отказалась я и опять на цыпочках покралась к лестнице.
Сзади раздалось сопение, топот, мимо меня с грацией пожилого бегемота промчалась Анфиса, встала на пороге столовой и заорала:
– Ваши высочества! Дозвольте объявить о приезде мадемуазели Дарии Васильевой.
Я уронила тапочки. Все, придется присоединиться к веселой компании.
Глава 25
– Дорогая, мы рады вас видеть, – тоном вдовствующей королевы произнесла Зоя Игнатьевна, – присаживайтесь к столу.
Похоже, ректор уже чувствует себя в Ложкине хозяйкой, и мне это совсем не понравилось.
– Добрый вечер, доченька, – заискрился улыбкой Петр Андреевич. – Скажи, правда ведь, что каждая женщина должна выйти замуж?
– М-м-м, не уверена, – пробормотала я.
