Янка не была ни в радикальном протесте, ни в отчаянии, когда начался новый учебный год. Наоборот, она искалеченная вдохновение от нового вызова. Каждое утро ознаменовывалось новыми возможностями для приключений и творчества. Такой атмосферы в АПП — университете для студентов-дикарей, где каждый мог разукрасить своё будущее подобно карандашной краске на белом листе, не было больше нигде....
— Эй, парень, ты, часом, не из Серой Смерти? Вроде с твоим начальством мы уже все решили, они претензий не имеют, — влез в беседу Лис.
— Нет, точно не из серых, — хмыкнул Хаг, оценив явную оторопь собеседника, и разоблачил плащеносца. — Это он пел.
— А, тогда это и есть Лойтарэль, ухи острые, смазливый — страсть, — сориентировался дракончик и бесцеремонно заглянул под капюшон, пока поставленный в тупик обвинением в принадлежности к наемным убийцам зеленоглазый менестрель пытался разобраться в мутном течении беседы.
Наконец знаменитость подобрала самый «подходящий» в этой ситуации вопрос:
— Неужто я чем-то обидел вас, милая дева, что вы так спешите удалиться?"
"— Талантам обычно прощается многое, если не все, а лучше и вовсе ничего про них не знать, — серьезно ответила девушка. — Я вряд ли смогу слушать песни о дивной любви, верности и не думать о безответственном родителе, чьи дочери — две сестры — лишь недавно узнали о своем родстве, а одна из них никогда не видела отца.
Лойтарэль поперхнулся воздухом и сконфуженно замолчал, а потом тихо-тихо, почти жалобно (ну вот, опять это случилось!) спросил:
— Кто? Я не помню, чтобы мы с вами, прелестная, прежде встречались…
Хаг загоготал, хлопнул себя ладонями по бокам, захихикал Лис, серебристым ручейком зазвенел искренний смех Стефаля, лишь Яна едва заметно нахмурилась и непонимающе захлопала ресницами.
Неодобрительно поморщился не привыкший быть объектом насмешек эльф. Не откидывая с головы маскировочного капюшона — зашиты от особо оголтелых фанатов — он, отвесив легкий полупоклон, подчеркнуто любезно осведомился:
— Не поведаете ли мне имена, не сообщите ли, где, когда и как я могу убедиться в истинности ваших слов…
— Выходной же, не знаю, — озадаченно принахмурилась Яна.
Теперь настала очередь менестреля хлопать ресницами, а Лис, подвывая от смеха, растолковал Яне суть происходящего:
— Светлый Лойтарэль, очевидно, решил, что ты, Яна, некогда была в числе его мимолетных ночных спутниц и в одиночестве растила дар той поры, а теперь предъявляешь претензии по отцовству.
— Я? — до глубины души изумилась девушка. Даже отступила от странного типа на шаг.
— Нет? — озадаченно переспросил менестрель, в свою очередь наступая на собеседницу и желая разобраться в ситуации.
