Янка не была ни в радикальном протесте, ни в отчаянии, когда начался новый учебный год. Наоборот, она искалеченная вдохновение от нового вызова. Каждое утро ознаменовывалось новыми возможностями для приключений и творчества. Такой атмосферы в АПП — университете для студентов-дикарей, где каждый мог разукрасить своё будущее подобно карандашной краске на белом листе, не было больше нигде....
— Одобри я его, он бы еще лет пятнадцать, если не четверть века, в своих чувствах путался, — припечатала бабушка, звонко хлопнув ладонью по столу. — Ненавидит давление. Чуть прижать попытаешься, на дыбы, как жеребчик необъезженный, встает. Сам должен был выбрать, проверить и поверить — тоже сам. Вот от противного и пришлось действовать. Кинтэора подбила, чтобы в академию заскочил, намекнул в беседе, что помолвку пора разрывать, поудачнее кандидатуры, дескать, сыскались. Словом, Машьелису я лишь альтернативу показывала, чтобы не расслаблялся и не вздумал на потом поиск суженой отложить.
— Но я не дракон, совсем не богатая и не знатная, — растерянно пролепетала Яна."
"— Богатства и знатности нашего рода хватит на всех. Зато душа у тебя яркая, щедрая! Настоящая радуга! — прижмурилась леди Левьерис, будто и в самом деле видела душу собеседницы (а может, и впрямь видела).
— Но я человек, — снова попробовала возразить Яна, упирая на расовое несоответствие. В голове шумело, жизнь казалась рассыпанным пазлом, вместо привычной картины складывающимся в какой-то дикий узор. Поверить в него было столь же невыносимо желанно, как и страшно.
— Дети крайтарского радужного дракона, рожденные в любви, всегда драконы, — снисходительно пояснила старшая женщина. — И ответь наконец моему внуку, пока он не обернулся в дракона прямо здесь и не разнес милый ресторан по бревнышку. Ты его любишь?
— Люблю, — тихо согласилась Яна.
— Ох, дети, какие же вы еще дети, — протянула леди Левьерис, решительно беря переговоры в свои руки. — А коль любишь, согласна терпеть в женихах и дальше, а в положенный срок мужем назвать?
— Согласна, — снова серьезно и смущенно подтвердила девушка.
Из груди Машьелиса вырвался тихий, но бесконечно искренний вздох облегчения:
— Спасибо, Ян! Я, конечно, балбес, но очень постараюсь, чтобы ты ни о чем никогда не пожалела! Клянусь!
На руках парочки зашевелились, обдавая приятным теплом, браслеты-дракончики, полученные в храме Ветров. Синхронно ойкнувшие студенты уставились на запястья. Браслеты изменились.
