Янка не была ни в радикальном протесте, ни в отчаянии, когда начался новый учебный год. Наоборот, она искалеченная вдохновение от нового вызова. Каждое утро ознаменовывалось новыми возможностями для приключений и творчества. Такой атмосферы в АПП — университете для студентов-дикарей, где каждый мог разукрасить своё будущее подобно карандашной краске на белом листе, не было больше нигде....
Бедняга-напарник так подрос и похорошел, точно от девиц отбою не будет. Пока на скамье сидели, шедшие мимо студентки глазками стреляли да улыбочки дракончику раздаривали. Лис, конечно, все видел и даже кое-кому мимолетно улыбнулся, но шалость с домовичи его в те мгновения заботила больше девичьих авансов, потому юноша предпочел сделать незаинтересованный вид.
Глава 3
ОПЯТЬ ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ
Второй учебный день в расписании начался с нового предмета. Название его магический переводчик АПП для землянки перевел заковыристо: «Технология блюдения исполнения пророчеств».
Надо сказать, аудитория третьекурсников-блюстителей в ожидании мастера бурлила вовсю. Кто-то смеялся, кто-то возмущался и недоумевал. Каждый из студентов, а кое-кто — не будем показывать пальцем на Янкину команду — отнюдь не по одному разу уже побывал в прошлом году в Зале порталов по жребию блюстителя пророчеств. Потому ребятам казалось странным: с чего это их вздумали учить работе после, а не до ее начала.
Ответ прозвучал с ударом колокола, и был он оглашен голосом преподавателя самых сложнопостигаемых, а оттого и наименее любимых среди студентов предметов — мастером Ясмером. Свет дурно-головоломной славы основ Мироздания и истории Игиды неизбежно осенял и чело изрекающего великие истины. Словом, любимым учителем молодого педагога не мог назвать никто. Если у мастера и имелись поклонники, обожествляющие его манеру чтения лекций, то афишировать свои пристрастия они не спешили.
— Ясного дня, студенты, весь этот семестр мы будем встречаться с вами на занятиях по технологии блюдения пророчеств. Итогом наших встреч станет зачет, — поздоровался Ясмер."
"Аудитория, у которой еще были свежи воспоминания о лекциях мастера, взвыла, предвкушая неисчислимые муки. Мастер, молодой симпатичный шатен с шоколадными глазами, опушенными длинными ресницами, позволил себе короткую, совсем не мстительную улыбку и сухим тоном, не вязавшимся с приятной внешностью, пояснил:
— Данный предмет, в отличие от предыдущих, изученных вами под моим руководством, не должен вызвать серьезного умственного напряжения.
