Слышно было, как кто-то кашлянул, да пяток особо впечатлительных особ бурно вздохнули.
– Что ж, добровольно признаваться никто не намерен. Жаль, – проронил декан. Он и в самом деле выглядел разочарованным и хмурым. Скрестив руки на груди, Гад снова втянул воздух своим замечательным носом, повернулся на шестьдесят градусов и проронил:
– Шейра Шемахо, Ивиана Листовица, Гардем Яргул – ко мне.
К декану стали пробираться трое четверокурсников, из которых Яна узнала двоих – ту самую сине-зеленую дриаду, которая приставала к Стефалю в столовой, и ядовито-розовую скандалистку, затевавшую вчера склоку у скамейки. Парень оказался незнакомым. Вид у всех троих был странный. Парень стоял как пыльным мешком ударенный, Шейра и Ивиана пытались казаться невозмутимыми, но, очевидно, нервничали. Глазки у девушек бегали, упрямо не желая встречаться взглядом с деканом.
– Зачем вы это сделали? – спросил Гад.
– Что? Мы ничего не делали! Вы о чем, господин декан! Мастер Гад, это не мы! – посыпались реплики со стороны троицы.
– Не стоит, – пресек поток оправданий декан одним словом, сказанным таким тоном, что вся троица поперхнулась воздухом. – Я знаю, что это вы. И чтобы определить характер наказания, хотел бы услышать – зачем. Да и остальным студентам не лишним было бы знать, чем заслужила возможность посетить лекарский корпус первокурсница Ириаль, – мрачно приказал декан.
– Я не виновен, господин декан, могу принести клятву крови, – выдохнул Яргул, как-то странно вывернув руки запястьями вверх, поднеся их к лицу и обнажив острые клыки.
– Ложь, – спокойно парировал Гад. – Поостерегись с принесением неосторожных клятв, Гардем. Я ведь мог бы принять твою, вот только что бы мы делали с последствиями?
– Я не калечил никаких первокурсниц! Я даже к той комнате не приближался, откуда девушку выносили! – возмутился парень, гордо вскинув голову.
– И йиражжи не брал у меня под расписку, и в общежитие не приносил? – намекнул Гад.
– Так я же не по злому умыслу, а напарницам, чтобы они украшения почистили, – начал оправдываться вампир, заткнулся на полуслове, резко развернулся к парочке девиц – так, что те отшатнулись, и буквально взвыл: – Вы???!!! Что вы натворили, курицы безмозглые!!!!"
"– Мы только обувь ей испортить хотели, – заголосили девицы, понимая, что их загнали в угол. – Она же толстуха неуклюжая! Что он только в ней нашел?! Дура, даже в комнату вовремя прийти не успела! Мы не хотели никого калечить! Забрали бы коврик, все равно Латте днем не запирается! Но Дайла пришла с учебником, заболтала, и мы не успели…
Что дальше сказал юный вампир, Янка не поняла – это было очень громко, темпераментно и зло.