Автор
Алвин Карпис - знаменитый организатор Кровавых Шестерок, провел большую часть своей жизни в тюрьмах и затем переехал на юг Испании. Его жизненные колебания от криминального мира до уединенной жизни подтвердили его неуловимость и уникальность.
Я резко сократил дистанцию, оказавшись у косяка, и вдруг, осененный смутной мыслью, просто сперва присел, а потом завалился на левый бок, с пистолетом, зажатым в двух руках.
Шаплен чувствует направление на меня и норовит попасть в голову, он понял, что я в бронежилете. Но не думаю, что он чувствует, как высоко или низко моя голова находится. И это сработало. Его пистолет был направлен горизонтально, и когда немец увидел, как я вывалился из-за косяка, он успел лишь дернуться, но прицелиться – уже нет.
Шаплен упал на колени, по-прежнему с пистолетом в руке, а затем лицом вперед, его голова со стуком врезалась в паркет. Его глаза были открыты и смотрели на меня, но жизни в них уже не было.
– «Тридцать восемь супер», недоумок, – пробормотал я, меняя магазин в «кольте». – И бронежилет. Это тебе не твои шпионские игры.
Я подошел к нему, оглядываясь по сторонам, вытащил пальцем цепочку с футлярчиком из-под одежды и затем стащил камень у него с шеи.
Дом надо осмотреть, там еще кто-то прятаться может. И найти заложников. И при этом не попасться им на глаза. Я обходил комнату за комнатой, стараясь делать это осторожно, но в то же время понимая, что надо спешить – скоро здесь будет полный двор настоящей полиции, и мне им на глаза попадаться никак не следует.
И к удивлению своему, первой я нашел Марго. Она сидела в чулане у горничных со связанными руками, а дверь была задвинута комодом.
– Роберт! Ты что, уже вернулся?
Она явно собралась броситься мне на шею, но связанные руки ей помешали, я даже немного порадовался этому обстоятельству.
– Я не Роберт, – сказал я, прижав ее к своей стальной груди свободной от пистолета рукой. – И я не уезжал. Мне больно в этом сознаваться, но я на секретной службе его величества.
– Да ты что? – Ее глаза расширились от удивления. – Ты? Дьявол, это так заводит…
– Сколько здесь бандитов? – Я с угрожающим видом повернулся к двери.
– Двое. Один постарше и молодой, остальные уехали.
– Где все заложники?
– Жанин где-то в доме заперли, а остальные в винном погребе.
– Жанин? – Если она с заложниками, то уж точно все закончилось бы плохо. Для нее по крайней мере. Она знает, кто такой Шаплен.
