Автор
Март 2005 года, я смотрю на уютный ресторан в центре города. Затерянные среди круглых столиков и светлых ламп, люди создают уникальную атмосферу. Я постоянно задаюсь вопросом — откуда они все? С тех пор как я перестала быть просто посторонней, и стала частью этой жизни, моя жизнь трансформируется под действием людей вокруг меня....
Я почувствовала хлопок и вскрикнула – большая рука сильно сжала ягодицы, причинив мне боль.
- Хороша.
Повернуться мне не позволили его руки.
- Только худая и измученная. Как раз, что надо.
А в следующий миг я услышала щелчок камеры и задергалась, пытаясь прикрыться и вывернуться из его лап. Я дергалась еще и еще, и в какой-то раз метко попала своему похитителю в ногу.
- Марат! – взревел этот тип и дверь тут же распахнулась, - держи строптивую, пока я подарок ее дяде готовлю.
- Отпустите меня! – взмолилась я и ринулась бежать, пока из одних рук меня передавали в другие.
Еще секунда, и мое тело сильно сжимают руки того мерзавца! Я почувствовала боль в ребрах, когда меня потащили обратно к дивану.
- Вам всем тюрьма светит!"
"Дыхание сбилось, голос уже садился от криков, а тело саднило от тех следов, что надсмотрщик оставлял на мне своими грубыми пальцами. Я чувствовала его огромные лапы на своей груди, губах, на бедрах и меня тошнило от этого всего! Не выдержав, слезы покатились из глаз от этих мерзких мне прикосновений.
Другой мужчина, главный, стоял поодаль и уже сделал много кадров, и позже я поняла, что он только и добивался моего сопротивления, слез, паники и страха. Я угодила в ловушку, потому что элементарно никогда не сталкивалась с этим.
- Хорош. Руки убрал. Одень ее и уведи обратно, Марат, - услышала я приказ.
Я упала на колени, пытаясь остановить собственные рыдания и дрожь, атаковавшую все мое тело.
- Тронешь ее хоть пальцем – шкуру спущу. Чтобы целой была. Ты понял, в каком я плане?
- Я понял, Арбин.
Еще секунда, и меня полуобнаженную схватили на руки. Почувствовала, как платье всучили мне в руки, и я за него крепко схватилась. Открыв глаза, я посмотрела ненавистным взглядом на этого самого Арбина, но тот уже сидел за своим столом и перебирал какие-то бумаги…
Все эти дни я провела взаперти, ко мне ни разу не заходили.
Все-таки прав оказался тот первый надсмотрщик, когда говорил, что я здесь надолго.
