– Я совершенно не понимаю природы бронепоездов… Как одна или две, пусть даже очень сильные, аномалии могут воспрепятствовать расширению целой Зоны? В Ареале многое противоречит законам физики, но это противоречит законам Ареала. Валера, ты уверен? – Она перевела на легендарного сталкера недоумённый взгляд. – Ты чувствуешь это через псиполе?
– «Газик» подсказывает. – Было непонятно, шутит ли Болт или говорит серьёзно. – Ареаловского псиполя я не чувствую. Для этого нужно быть мутантом или Зомби. – Он уклончиво добавил: – Я чувствую другие информационные поля.
Но насчет бронепоездов можешь быть уверена. Красная Зона не сможет выйти за насыпь. Это фильтрационный барьер. Он Ареалу неподвластен.
– Твоя машина, часом, не от бронепоезда отпочковалась? – Туман пересел на край сиденья и забросил автомат за спину. – Выходить можно?
– Пошли. – Болт заглушил двигатель и распахнул дверцу.
Лежащая вокруг сочная зелёная равнина, залитая лучами застывшего в голубой небесной лазури светила, мгновенно исчезла, сменившись пейзажем Жёлтой Зоны.
Лаванда с Туманом, не сговариваясь, одновременно извлекли из карманов «Ариадны» и осторожно вылезли наружу. Ближайшая орудийная башня зловеще зажужжала сервоприводами, разворачиваясь в их сторону, и дульный срез автоматической пушки словно принюхался к появившимся из машины людям. Секунду орудие изучало гостей, потом потеряло к ним интерес, и башня развернулась в прежнее положение.
– Серьёзный подход к делу, – оценил Берёзов, заставляя организм игнорировать резкий выброс адреналина.
Профессионалу непросто устоять на месте, когда в твою сторону разворачивают орудие, способное за секунду выпустить полсотни снарядов.
Если, конечно, аномалия в виде бронепоезда соответствует по характеристикам своему видимому подобию. Помнится, у одной аномалии размерами поменьше на вооружении стоит ППШ-41. С виду он тоже неотличим от прототипа. Вот только в действии совсем другой. Туман покосился на абсолютно спокойного Болта и посмотрел в небо, определяя время. Растёкшаяся над головой мутная зелёная пелена рассеивала солнечный свет по сине-жёлтым окрестностям, и на контрасте с видом из «газика» было хорошо заметно, что даже днём в Ареале не так светло, как за его пределами в погожий летний день.
Берёзов отыскал глазами неяркий голубой диск солнца. Сейчас часов восемь-девять утра, седьмой день… Взгляд упёрся в парящую на недосягаемой высоте огромную птицу.
– Ого. – Берёзов прикинул её размеры. – Здоровенная… На дракона похожа.
