Такое ощущение, что они сошли со страниц исторического романа, а количество драгоценностей на них просто зашкаливало. Чего только стоили подведенные глаза и золотые украшения на лицах, подозрительно напоминающие убранство индийских красавиц, виденных мною в эктавизоре!"
"– Кто это? – поинтересовалась, когда Вилкрест провел меня в приват-зону с застекленными кабинками.
Стенки кабинок позволяли видеть то, что творится снаружи, но разглядеть то, что находилось внутри – практически невозможно.
Кхар проследил за моим взглядом, потом вернулся к просматриванию сегодняшнего меню.
– Это лесварра.
– Это же парни, да? – уточнила на всякий случай.
– Да, элоэни, но где-то поблизости есть и женщины. Лесваррки никогда не оставляют своих мужчин без охраны.
Пока я переваривала информацию, пытаясь сообразить, что это за мужчины, если им нужна охрана, как в зал вошла компания из трех дам весьма специфичной наружности.
– А вот и они, – Вилкрест кивнул в их сторону.
У меня и челюсть отпала.
Дамы оказались очень высокими, не меньше метра девяносто, их наряд составляли одежда военного образца, украшенная знаками отличия, широкая портупея со странной черной палкой, торчащей слева, и начищенные до блеска сапоги-ботфорты с широкими отворотами. Черные волосы женщин были острижены так коротко, что виднелись мочки ушей.
Новоприбывшие окинули зал орлиным взглядом и, по-военному чеканя шаг, двинулись к столику с расфуфыренными красавцами.
– Это их женщины? – я не поверила своим глазам.
– Нет, это их охрана. Парни, судя по всему, большие шишки, если к ним приставили личных телохранительниц.
– А как ты узнал что это телохранительницы?
– Видите нашивки у них на груди? Это знак ""Миннаирра"" – ордена, что охраняет всю правительственную верхушку Лесварры.
Вышколенный официант доставил завтрак и испарился, будто его и не было. Я придвинула свою тарелку поближе.
– Странно, что женщины охраняют мужчин, а не наоборот, – пробормотала, подцепляя на вилку кусочек чего-то очень похожего на спаржу.
– Для лесварра ничего удивительного. У них исторически сложившийся матриархат.
– Э-э? – от удивления упустила вилку, и та со звоном упала в тарелку. – Матриархат? И рабство?
– Нет, – Вилкрест с улыбкой покачал головой, – никакого рабства. Это только шумайские шейхи заводят себе рабынь, а Лесварра и Симарра свободные планеты.
– А кхары, федийцы?
– Ну, наши расы только недавно были признаны равными и вошли в Конгресс. Еще сто лет назад считалось, что мы существа низшего порядка.
– Да, я знаю, – ответила виноватой улыбкой, – видела фильм про Кхар.
– Тогда вам не нужно объяснять.
Некоторое время мы молча ковырялись в своих тарелках. Я одним глазом поглядывала в сторону зала, разглядывая народ. Столько рас, и все разные.