В зале Комитета Славянской Независимой Республики пахло тухлыми идеями и недовольством. Механический голос заставил дрогнуть изумленную голову, но даже такая республика казалась устрашающей чепухой — лишь слабый крик нескольких политиков, олигархов и заблудших ученых. Внезапное молчание динамика словно бы прорезало яркий свет надежд в воздухе....
От него исходила такая угроза, что я невольно закрыла глаза и вжала голову в плечи. Впервые в жизни мне стало по-настоящему страшно.
Что-то коснулось моего лица. Что-то шершавое и сухое. Скользнуло вниз, обрисовывая скулу, царапнуло губы. Я услышала тяжелое дыхание над самым ухом и испуганно распахнула ресницы.
Дилан! Его лицо нависло надо мной, глаза смотрели в упор. Он принюхался.
– Будешь моей лайе, детка? – хрипло выдохнул мне в щеку и прошелся по уху шершавым языком. Я стиснула зубы, не давая себе заорать во всю глотку.
Я съежилась, когда его ручища взметнулась над моей головой, но он просто нажал на сенсорную панель. За моей спиной загудел люк, отъезжая в сторону, и я еле удержалась на ногах, чтобы не ввалиться кубарем в открывшийся проем.
Металлический грохот заставил Дилана вздрогнуть.
– Вперед! – прошипел кхар, толкая меня.
– Не так быстро! – раздался до боли знакомый голос.
Из клубов дыма на свет шагнул еще один кхар – точная копия первого, только вместо обрывков оранжевого таркхара он был одет в свободные штаны и безрукавку.
– Киан! – заорала я, отталкивая Дилана и бросаясь навстречу его близнецу. – Ты жив! Ты пришел за мной!
– Карина!
Я не успела. Дилан перехватил меня, поднял в воздух.
– Думаешь, сможешь ее забрать? – зарычал, тряся меня, словно грушу.
– Оставь ее! – Киан тоже рычал. Они были похожи на двух диких львов, встретившихся в бою за территорию или самку. Вот только в этом бою, похоже, ставкой была моя жизнь.
"Но Дилан, похоже, так не думал. Он развернулся так, что теперь спасательный аппарат был за его спиной, а вот меня выставил перед собой на вытянутых руках, прикрываясь, будто щитом. Мои ноги беспомощно болтались в полуметре над полом, ребра болели, стиснутые безжалостными руками.
– Столько оборотов, брат, столько долгих оборотов в аду! – услышала я над головой полный ненависти свистящий шепот.
– Если это моя вина, я отвечу, – Киан покачал головой и будто невзначай скользнул по мне взглядом. На тысячную долю секунды заглянул мне в глаза, будто подал какой-то знак, и опять уставился на Дилана поверх моей макушки. – Хочешь рудники? Они твои. Хочешь мою жизнь? Забирай. Что угодно, только отпусти девушку.
