В зале Комитета Славянской Независимой Республики пахло тухлыми идеями и недовольством. Механический голос заставил дрогнуть изумленную голову, но даже такая республика казалась устрашающей чепухой — лишь слабый крик нескольких политиков, олигархов и заблудших ученых. Внезапное молчание динамика словно бы прорезало яркий свет надежд в воздухе....
Вернувшись на склад во второй раз, я уже знал, что хочу видеть на своей будущей элоэни. Пришлось долго рыться в этих тряпках, прежде чем я нашел милие нужного размера: нежно-сиреневое, коротенькое, отороченное нежным кружевом. Но кроме милие пришлось подыскать и новый ансак – платье для церемонии слияния.
Карина первым делом примерила милие. Я думал, что с ума сойду, когда увидел ее в нем. Она что, собирается так идти? Не позволю!
Кровь в жилах закипела при мысли о том, что вся команда будет пялиться на мое сокровище.
Пока она не родит мне ребенка, другого мужчины в ее жизни не будет!
Правда, разобравшись, для чего предназначен этот наряд, девушка сама меня отругала, за то, что сразу не предупредил. И в пылу гнева она оказалась еще очаровательнее, чем прежде. Забывшись, скинула с себя милие и даже не сказала мне отвернуться. Каюсь, просто не мог не воспользоваться этой промашкой.
Я стоял, смотрел на нее и улыбался, как дурак. Ничего не мог с собой поделать. Маленькая, хрупкая, нежная – и моя! Точнее, скоро станет моей.
В ансаке Карина тоже была бесподобна. Стальной цвет платья оказался ей очень к лицу. Взяв за руку, я повел ее в кают-компанию, где парни уже должны были все подготовить к празднику. Что ни говори, а слияние это, прежде всего, праздник для всех.
– Послушай, Витар, а что это за обряд такой – слияние? – спросила девушка, пока мы шли по коридору.
– Это древняя церемония, доставшаяся нам от предков, – начал объяснять я. – Оэйн и оэни смешивают свою кровь в ритуальной чаше, а потом смачивают ею друг другу лоб, губы и грудь над сердцем. Это означает, что теперь они будут друг у друга в мыслях, в сердце и на устах. А потом набивают брачные айруне.
– Что?
– Татуировки принадлежности друг другу.
– Подожди, я не хочу никаких татуировок! – забеспокоилась Карина, снова пытаясь вырвать у меня свою руку.
Пришлось сознаться:
– Да, и наш брак тоже. Слияние – это навсегда.
– У вас нет разводов? – шокировано спросила она.
– Нет… Это варварский обычай и мы его давно не практикуем.
– Это получается, я выхожу замуж на всю жизнь?
– Именно.
– Капец, – еле слышно прошептала она с таким несчастным выражением на лице, что я испугался.
