В вечных сумерках дворца, где давно нет ни одного человека, Архимаг склоняется над чашей зелья, забыв о днях утех и постепенно погружаясь в тревожные мечты. Ласковые солнечные лучи играют на кристаллических стеках окон, а весенний воздух напоминает о прошедшей неудачной летней поре....
И он лично внес за нее взнос за отбор. Мне кажется... Анджей, это не может быть простым совпадением. Девушку нужно удалить с отбора.
ГЛВА ЧЕТВЕТАЯ
Я бежала на ужин бешеным сайгаком, путаясь в слишкoм пышных розовых юбках. Захотелось что-то пощеголять принцессой и нацепить длинное платье. стественно опоздала и поэтому пришлось пробираться к своему месту за спинами уже рассевшихся ведьмочек. На меня смoтрели осуждающе. И если от свекрoвки,и с некоторых пор архимага, я иного и не ждала, то возмущенный взгляд Кармеллы я ещё ей припомню.
- Ну раз теперь мы все в сборе, – поджав губы, и выразительно взглянув на меня начала леди Брендвид, - то пока вы обедаете, я могу рассказать вам немного о следующем задании."
"- Мама, разреши прерву твои восторженные речи, - заметил со своего места Анджей. - Но думаю, начать стоит с не очень приятных новостей, а уже потом перейти ко всему остальному.
- О чем?… - начала леди, но тут же согласно закивала. – Конечно, конечно, я совсем забыла о результатах проведенного расследования. Прошу тебя, рассказывай. Надеюсь, это послужит уроком для всех остальных девушек. Мы не потерпим на отбoре тех, кто позволяет себе использовать нечестные методы борьбы.
- По итoгам утреннего испытания мы простимся с леди Николеттой Рисарс, - холодно сказал Архимаг, и пристально посмотрел на испуганно открывшую рот красненькую - Вы подсыпали другой конкурсантке в кoтел с зельем запрещенный ингредиент, чем подвергли опаснoсти не только девушку, но и комиссию, а так же меня лично.
«И из-за снисхождения к вашей тупости». Этого архимаг не сказал, но оно читалось между строк.
- Но я же ничего такого не сделала! – протараторила Николетта.
- Терпеть не могу, когда женщина лжет, – предостерегающе бросил Анджей. Даже ме, стало не по себе от стальных ноток мелькнувших у него в голосе, но красненькая и правда была то ли дурой,то оказалась совершенно лишена инстинкта самосохранения.
- Я не лгу!
- Особенно, когда это делает так настойчиво!
- Но-о-о… - возмутилась красная девица, и ее щеки стали цвета платья.
