Опальный коронер Громов возвращается в высший свет, потрясая обществом своим неожиданным появлением. В сопровождении двух женщин, которые должны его ненавидеть, он оказывается в центре городских интриг. Новые вызовы и загадочные события грозят разрушить хрупкое равновесие власти.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Архитектор Душ II»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Опальный коронер Громов возвращается в высший свет, потрясая обществом своим неожиданным появлением. В сопровождении двух женщин, которые должны его ненавидеть, он оказывается в центре городских интриг. Новые вызовы и загадочные события грозят разрушить хрупкое равновесие власти.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Опальный коронер Громов возвращается в высший свет, потрясая обществом своим неожиданным появлением. В сопровождении двух женщин, которые должны его ненавидеть, он оказывается в центре городских интриг. Новые вызовы и загадочные события грозят разрушить хрупкое равновесие власти.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Архитектор Душ II» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Алиса вздрогнула и инстинктивно вжалась в кресло. Лидия ахнула, прикрыв рот рукой. Сердце ухнуло куда-то в пятки, а потом заколотилось с бешеной скоростью.
Все. Конец.
Это была первая, паническая мысль. Они его убили. Сейчас они выйдут, найдут их и убьют тоже. Она зажмурилась, ожидая звука шагов, открывающихся дверей. Но вместо этого тишина. Тягучая, звенящая, невыносимая.
А потом — второй выстрел. Не такой громкий, скорее сухой щелчок.
Они сидели, боясь дышать. Секунды растягивались в вечность. Алиса уже начала прощаться с жизнью, когда впереди, у входа на склад, замелькали огни. Не полицейские сирены. Что-то другое. И тут же топот множества ног и резкие крики.
— Инквизиция! — прошептала Лидия, и в ее голосе был такой ужас, что Алисе стало еще страшнее.
Они видели, как из склада выводят троих мужчин в наручниках, как их грубо заталкивают в черные фургоны. А потом… потом из проема вышел он. Громов.
Живой. Невредимый.
Облегчение, которое она испытала в тот момент, было почти болезненным. Словно из легких выпустили весь воздух, а потом позволили сделать первый спасительный вдох. Она смотрела, как он несет на руках Лизавету, как подходит к их машине, и не могла поверить своим глазам. Он справился. Он вышел из этой передряги победителем.
Радость? Да, была и радость. Странная, неуместная, почти постыдная. Она должна была ненавидеть его. Желать ему смерти. Но в тот момент, когда она увидела его живым, она поняла, что не хочет, чтобы он умирал. Не сейчас. Не так.
Поездка домой, ночной инцидент, суета со скорой — все это слилось в один смазанный кошмар. Но даже посреди этого хаоса она видела его. Сосредоточенного, уверенного, знающего, что делать. Он не паниковал. Он действовал как врач, как мужчина.
Следующее утро началось с его команды «подъем». И Алиса, к своему удивлению, не почувствовала привычного раздражения. Поездка в Инквизицию заставила снова напрячься.
Когда он вернулся, и они поехали на допрос к «Щиту», она уже не удивлялась. Просто наблюдала. И когда он чуть позднее вышел из очередного здания — по его лицу Алиса поняла, что он снова использовал новообретенную силу. Бледный, как полотно, с проступившими под глазами синяками.
И тут она поняла. Он изменился. Не просто стал вести себя иначе. Изменилась сама его суть. Тот старый Громов, которого она знала, был хищником-одиночкой, который заботился только о себе. Он использовал людей, ломал их, а потом выбрасывал. Этот же… этот Громов собирал вокруг себя союзников. Мастер Корнелиус, «Щит», они с Лидией. Он защищал своих. Он рисковал ради Лизы. Он ввязался в дуэль ради их чести.
Это был не тот человек, который довел до смерти ее отца.
Или она просто хотела так думать? Хотела найти оправдание этому странному, новому чувству, которое просыпалось в ней? Уважение.
