Мы входим в огромный светлый холл с тысячами бликующихся золотых осколков от великолепных люстр, и сразу погруемся в необычайно гулкий шум гостей. Поверхность полированного мрамора усыпана белыми перьями фейерверка света, создавая впечатление бесконечной тишины.
Похоже, «Архитектор Душ II» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Они смеялись, о чем-то переговариваясь, и, казалось, совершенно не обращали на меня внимания.
Я хмыкнул. Кажется, они решили взять от нашего компромисса все. И это меня действительно радовало. Приятно знать и понимать, что даже в такой ситуации девчонки начинают вести себя более нейтрально. Или, хотя бы, делали вид.
Музыка сменилась на что-то более медленное и тягучее. Я развернул Лизу к себе лицом и притянул ее вплотную, медленно покачиваясь в такт. Она положила голову мне на грудь, и я почувствовал ее сердцебиение.
Мы медленно двигались в такт музыке. Шум вокруг стих, народ вокруг либо разошелся на перекур и отдых, либо танцевал рядом в обнимку. Кто-то особо «готовенький», не стесняясь, целовался в нескольких метрах от нас.
— Хочу пить, — выдохнула Лиза мне в губы.
Она выскользнула из рук и, бросив через плечо короткое «пошли», направилась к бару. Я последовал за ней.
Едва мы подошли к стойке, как путь нам преградила фигура, словно выросшая из полумрака клуба. Мужчина лет тридцати, невысокий, но плотно сбитый.
На нем была простая черная футболка, обтягивающая мышцы на плечах и груди, и потертые джинсы.
— Ты же Громов, верно? — спросил он, приблизившись.
— Верно, — ответил я, оценивающе глядя на него.
— Отлично! — сказал он, хлопнув меня по плечу. — Пойдем побазарим? У меня к тебе дельное предложение…
Я окинул его холодным взглядом и мягко, но решительно отвел его руку от своего плеча.
— Извините, но сейчас не время и не место для деловых предложений, — сказал я вежливо, но с такой интонацией, что паренек тут же должен был понять: разговор окончен.
— Да ладно, братан, всего пару минут… — не унимался он. — Базар серьезный, за мной стоят важные дяди. Дело того стоит, поверь.
Он понизил голос, наклонившись ближе:
— Я не хрен собачий какой-то. Меня послали конкретные люди, которые тут скоро много чего будут решать.
— Нет, — ответил я, не меняя тона. — И знаете что? Мне это абсолютно неинтересно, кто бы за вами ни стоял.
Я развернулся к бару.
— Эй, ты че творишь⁈ — возмутился он, хватая меня за рукав и пытаясь привлечь мое внимание — Я ж по-человечески говорю!
Лиза, стоявшая рядом, напряглась. Я почувствовал, как изменилась атмосфера вокруг нас. Несколько посетителей обратили внимание на назревающий конфликт.
