В центре Москвы стоит гигантский особняк с мрачными очертаниями. Ледяной дождь неумолимо хлещет по парадному входу, но взгляд хозяина уже идет на врага. Отец, лицо которого перекошено злостью, тщательно осматривает пустые саквояжи рядом с ногами, как бы проверяя, кто же из них украл его последнее состояние. Это место — Архитектор душ, где каждый шаг может быть смертельным....
Похоже, «Архитектор душ» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но оно было здесь, в нескольких сантиметрах от моего лица, слабо пульсирующее, переливающееся нездешним светом.
Чувство было сродни тому, что испытал бы астроном, всю жизнь изучавший звезды через телескоп, если бы одна из них вдруг подмигнула ему и помахала рукой. Это был не просто шок. Я и вправду был близок к тому, чтобы помешаться рассудком, потому что этот объект просто физически не должен был существовать. По крайней мере в моей прошлой жизни.
Но он действовал вопреки привычной мне картине мира. Он существовал.
— Что ты застыл, Громов? — голос Лидии вырвал меня из оцепенения. Она подошла ближе и, очевидно, переборов себя, тоже заглянула во вскрытую грудную клетку."
"Ее реакция была мгновенной. Она замерла, и я услышал ее тихий, прерывистый вздох. Лидия раскрыла рот, но не издала ни звука, ее глаза расширились от потрясения.
— Не может быть… — прошептала она.
— Да что там такое⁈ — не выдержала Алиса. Она подошла с другой стороны и тоже заглянула. — Ой!
Девушка отшатнулась, но не отвернулась. Ее любопытство пересилило страх.
Меня удивило, что в этот раз никто их них не побежал тут же в сторону уборной. Быстро адаптировались, ничего не скажешь.
— Это… это невероятно, — выдохнула она.
— Вы знаете, что это? — спросил я, не отрывая взгляда от этого чуда.
— Психея, — почти беззвучно произнесла Лидия. — Душа.
— Душа? — я вскинул брови и наконец перевел на них взгляд. — В каком смысле «душа»?
Для меня, как для врача и материалиста это слово всегда было лишь философской концепцией.
Да, у меня были коллеги, которые верили в высшие силы, в бога и прочее, но лично я верил лишь в то, что, грубо говоря, мог потрогать руками.
— В том самом, о котором говорят… — она на мгновение запнулась. — … в Святой Инквизиции. То «высшее», что хранится в телах живых существ, и то, что покидает их после смерти. Тело — лишь бренная оболочка, из которой после смерти психея уходит в Мировую Энерги.
— Но выходит, что она существует, — я лишь закончил мысль, потому что верить в это было странно.
