Автор
В Архитектурном пряничном домике мирно стучится дверь жизни: каждый кирпич здесь — новый испытание для ума и сердца. Здесь водопады вместо воды, Ниагара в стене гостиной, где терпение — это искусство превращать жизнь в мозаику радости.
Слушай, дурочка! Это я их посылала!
– Как?
– Так! Ой не могу, несет меня по кочкам! Охота все рассказать! Когда ты с Жоржиком гулять стала, я попросила Маркуса по-тихому про мужика все разузнать и только мне сведения сообщить. Ха! Наша ФСБ раскопала и про суд, и про убитую жену! И про идиотские картинки. Ой не могу! Язык сам болтает.
– Ты знала о прошлом моего жениха?
– Ща умру от смеха! Знала, но никому не сказала. Я затеяла свою игру, надоело перед Валькой ковром стелиться. Я ей помогла, выдала Анжелику за Стеклову.
– Сейчас не время большую сумму из дела извлекать!
– А ты чего хотела? – поинтересовалась Светлана.
– Дом в Великобритании, – мечтательно протянула Настя, – это моя детская мечта. Я прочитала книги Джейн Остин и влюбилась в сельскую Англию. Но приходилось жить в Фунтове. Потом Валька…
– Она Анжелика, – поправила Светлана."
"– Я привыкла ее Валей называть, – отмахнулась Настя, – на операцию она собралась, завещание на меня написала.
Настя захихикала.
– Прикинь, какая живучая! После кораблекрушения выплыла, от болевого шока не подохла, бизнес замутила, еще и щитовидку вырезала. Железный носорог прямо! Я, конечно, приуныла. Но когда Маркус мне про Жоржа сообщил и…
Егорова похлопала себе ладонью по лбу.
– Соображалка закрутилась! Отличная идея оформилась: Жорж всех картинками убил!
– Ух ты! – воскликнула Света. – Неужели они реально работают?
Настя расхохоталась.
– Голова от них кружится, подташнивает. Я оригинальное изобретение Жоржа видела. Маркус фотку прислал, в деле их много было. Фигня полная. Вечерок у компа, и у меня такая «смертельная» живопись получилась, пальчики оближешь. Все крутится, вертится, аж глаза в узел завязываются, тошнит не по-детски.
