В горах Ольхового хутора, где легенды и мистика сливались воедино, ждал отряд капитана Макарова. Черепкистый пейзаж накатывал духоту и затягивал в сизую тьму. Каждый камень под ногами скрывает свои секреты, а ночь обнимает это укромное место своими темными объятьями.
Он опустился на колченогий табурет, тоже перевел дыхание. Об утрате товарищей старался не думать, чтобы не оказаться в черной яме меланхолии. Все тело скрипело, просило отдыха. А ведь, если вдуматься, день только начался…
— Как вас зовут, гражданка? — спросил он.
— Титова Ольга Матвеевна. Да вы не смотрите так волком, офицер, я действительно не собираюсь вас сдавать. Давно бы сдала, имей к тому расположение… Вы лечь не хотите?
— Хочу, Ольга Матвеевна, — улыбнулся Алексей. — Но лучше не стоит, иначе не встану.
— Господи, воевать он собрался, — всплеснула руками женщина. — Немцы кругом. Раньше надо было воевать.
— Так я и раньше воевал…
— Ненадолго же вас хватило. — Она кивнула в сторону окна: — Посмотрите, что делается. Люди обрадовались, Советская власть вернулась, погонит оккупантов на запад, теперь все наладится… Только день в нашем городке продержалась Советская власть… Вы есть хотите?
— Спасибо, Ольга Матвеевна, кусок в горло не полезет.
— Простите, ради бога! — смутилась она и присела рядом. — Как вы себя чувствуете?
— Сносно, ни ранений, ни переломов…
Вдруг Алексей насторожился, за окном послышался шум. Женщина вскочила, отогнула шторку. По Рассветной улице проехал трехтонный «опель» с солдатами в кузове. Нестройно пиликали губные гармошки, хохотали мужчины.
— Веселятся, ироды… — в сердцах задернула она занавеску. — Словно в сорок первом, ничего не изменилось… Не волнуйтесь, они мимо проехали.
— Вы местная, Ольга Матвеевна?
— Да, уже лет пятнадцать как местная, — сухо улыбнулась женщина.
