Забытая ведьма пробуждается после многолетнего сна, готовясь переплести еще одну коварную историю. Вокруг нависает гнетущий атмосферу революции, и в центре ее — она сама, окруженная тайнами и древними магическими силами.
Возмущенно взглянула на Фредерика, надеясь, что он скажет хоть слово в мою защиту.
Но он и не подумал возвращаться в реальный мир, устремив отсутствующий взгляд поверх моей головы и слегка перекатываясь с пятки на носок и обратно.
– Вы ведь шутите, правда? – жалобно спросила я и быстро-быстро заморгала, силясь сдержать слезы.
– Увы, но нет. – Рауль покачал головой и добавил: – Не принимай так близко к сердцу, Оливия. Так будет лучше всего. И в первую очередь для тебя же.
– Но… но… – Я не удержалась и тихонько шмыгнула носом.
– А они ничего не узнают. – Рауль заговорщицки подмигнул."
"Я оторопело воззрилась на него. Как это – ничего не узнают? Как он себе это представляет? Стало быть, единственная, горячо любимая дочь внезапно не вернулась с работы… Да мой отец после этого весь Рочер по камушку перетрясет! Задействует все свои связи, лишь бы выяснить, где я и что со мной.
– О том, что ты в заключении, будем знать лишь я и Фредерик, – не меняя тона, продолжил король.
– Да я в этом и не сомневалась, – буркнула я себе под нос. Громче, даже не пытаясь скрыть возмущения, сказала: – Но мои родители с ума сойдут от беспокойства!
– Не сойдут! – легкомысленно отмахнулся от моих слов король. Жестче завершил: – И вообще, моя дорогая, это уже не твои заботы. Не забывайся. Пока ты – подозреваемая. И я таким образом пытаюсь сохранить твою же репутацию. Парочка лишних седых волос в шевелюрах твоих родителей – явно слишком маленькая цена за мою доброту.
Вот ведь… нехороший человек!
Ах да, совсем недавно я так же думала о Бретани. Но сути это не меняет. Как-то не везет мне в последнее время. Мягко говоря.
– Да, кстати, раз уж речь зашла о твоих родителях. – Рауль протянул руку и повелительно щелкнул пальцами. Мурлыкнул: – Твой амулет связи. Сними его, пожалуйста, и отдай мне.
Я положила руку на грудь. Сжала камушек, в глубине которого ощущалось упругое биение силы.
Не хочу!
– Оливия, – укоризненно протянул король, – ну что ты, в самом деле? Не расстраивай меня.
Вот как раз этого я и желала больше всего. Закатить такой скандал, чтобы стены задрожали от моего гневного крика. В конце концов, разбить о голову этого мерзавца что-нибудь тяжелое. Например, вазу с конфетами, которая так заманчиво стояла рядом…
– Не стоит. – Рауль проследил за направлением моего взгляда и осуждающе зацокал языком. – Оливия, право слово, не стоит.
