Забытая ведьма пробуждается после многолетнего сна, готовясь переплести еще одну коварную историю. Вокруг нависает гнетущий атмосферу революции, и в центре ее — она сама, окруженная тайнами и древними магическими силами.
– Просто на какой-то миг мне почудилось…
И совсем по-собачьи втянул в себя воздух резко затрепетавшими ноздрями.
От ужаса волосы на моей голове встали дыбом. О нет, только не это!
Но почти сразу король пожал плечами и опять отправился дальше.
– Показалось, должно быть, – обронил он небрежно.
Я тихонько выдохнула от облегчения. Расслабилась и позволила себе осторожно переступить с ноги на ногу.
Правда, тут же осознала, что совершила огромнейшую ошибку. От легчайшего движения доспехи накренились еще сильнее. А затем медленно принялись заваливаться на пол.
Ну, то есть это я думала, что падают они медленно. Должно быть, от страха время остановилось для меня. А на самом деле все произошло почти мгновенно. Первым отвалился шлем. Я попыталась было его подхватить, вытянула руки, и даже преуспела в этом. Правда, вот беда, следом на пол с превеликим грохотом обрушилась вся конструкция.
Никогда бы не подумала, что от этого будет столько шума. Предательское эхо заметалось меж высоких стен, многократно отражая и усиливая лязг металла.
«А может быть, не услышал?» – промелькнула в голове робкая надежда.
– Какого демона? – послышалось гневное, и я увидела, как король резко развернулся.
Георг при этом совсем по-женски взвизгнул и внезапно рухнул пластом, смешно прикрыв голову руками. Как будто пытался спастись от нападения. Это было бы даже забавно, если бы при этом на кончиках пальцев короля не заплясали багрово-черные искры какого-то заклинания.
Ох, кажется, меня сейчас убивать будут! Должно быть, Рауль решил, что стал жертвой покушения.
– Это я! – испуганно вскрикнула я, осознав, что вот-вот по мне ударят атакующим заклинанием. – Оливия!
Король выругался опять, на сей раз так замысловато, что мои уши вспыхнули от стыда. Ого! Не думала, что венценосные особы знают такие выражения. И в последний момент чары ушли в сторону, выбив каменную крошку из стены рядом со мной.
Воцарилась тишина. Такая полная и всеобъемлющая, что зазвенело в ушах. Первым очнулся Георг. Жалобно застонав, завозился на полу, силясь встать.
– Ваше величество, все хорошо? – спросил, приподняв голову.
Рауль бросил на камергера настолько свирепый взгляд, что тот подавился. Хмыкнул, не сделав ни малейшей попытки помочь несчастному. Затем уставился на меня так, что мне нестерпимо захотелось провалиться сквозь землю.
