В послегражданскую эпоху выстрел у плотины кажется обычным событием, но спустя десятилетия тайна всплывает из архивов. Писатель раскрывает запутанную историю прошлого, где личные судьбы переплетаются с судьбой страны. Роман о том, как невозможно скрыть правду навеки, и каждое событие рано...
Раздел Chitat.online для книги «Архивное дело» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В послегражданскую эпоху выстрел у плотины кажется обычным событием, но спустя десятилетия тайна всплывает из архивов. Писатель раскрывает запутанную историю прошлого, где личные судьбы переплетаются с судьбой страны. Роман о том, как невозможно скрыть правду навеки, и каждое событие рано...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Михаил Яковлевич Черненок Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
В послегражданскую эпоху выстрел у плотины кажется обычным событием, но спустя десятилетия тайна всплывает из архивов. Писатель раскрывает запутанную историю прошлого, где личные судьбы переплетаются с судьбой страны. Роман о том, как невозможно скрыть правду навеки, и каждое событие рано...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"
"Из дальнейших материалов было видно, как Тропынин стал разыскивать отправленного в Нарым Илью Хоботишкина. По его запросу сотрудники Томского управления ОГПУ отыскали семью Хоботишкиных в селе Подъельник, расположенном в нескольких километрах от пристани Нарым на Оби. Жена Хоботишкина Анна Кузьминична показала, что ее муж Илья Тимофеевич и старший сын, двадцатипятилетний Емельян Ильич, в начале октября 1931 года отправились на пассажирском пароходе «Пролетарий» в Томск продавать кедровые орехи и домой не вернулись. Где они находятся, Анна Кузьминична не знала. Младшего сына Дмитрия Хоботишкина,ввиду его умственной неполноценности, оперуполномоченный допрашивать не стал.
Во многих протоколах дознания чувствовалось, как Тропынин старался выявить связь между исчезновением Жаркова и обнаруженным трупом предполагаемых кого-то из Хоботишкиных, но все его старания оказались бесплодными. Допрашиваемые в один голос заявляли, что после того, как раскулаченного Илью Хоботишкина отправили в Нарым, не видели в здешних местах ни самого Ильи, ни его сына Емельяна, ни других, чем-то похожих на них людей.
Заканчивался первый том материалами о нападении на Половниковых. Большую часть их занимали показания сына кузнеца, содержание которых Бирюков уже знал из рассказа Федора Степановича и с удивлением отметил, насколько хорошо тот помнил буквально все подробности происшествия. Предсмертные показания самого Степана были короткими. Умирающий кузнец успел сообщить Тропынину, что при допросе в томской милиции «оборванец», укравший у него мешок зерна, предъявил милиционеру справку, будто он является членом колхоза «Знамя Сталина». Была колхозная справка и у Половникова. Когда их сравнили, то оказалось, что у «оборванца» в справке и печать другая, и подпись председателя не та. Степанову справку подписал Хлудневский, а «оборванцеву» — Жарков. На очной ставке с «оборванцем» кузнец заявил, что видит этого человека впервые и что никакой он не колхозник, а самый отпетый вор. В ответ «оборванец» закричал, что за такие слова Половникову ни одного дня не жить на белом свете. И еще Степан сообщил Тропынину: начальником милиции в Томске служит бывший мельничный подрядчик Ерофей Колосков, который по ранешнему знакомству отпустил Половникова, хотя другой милиционер, проводивший дознание, настаивал задержать Степана вместе с «оборванцем» до полного выяснения их личностей.
В медицинском заключении о ранении Степана врач районной больницы констатировал: полученное Половниковым пулевое ранение в спину — смертельно.
