Силомер представлял собой огромный градусник, каменная колонна с резками цифр от одного до десяти. Сачковать я не смогу, уверен это не предусмотрено системой.
Интересно, а кто-то выбивал все десять баллов из десяти? Если нет, у меня большие проблемы.
В зал собирали всех студентов с потока первого курса. Обычно такая толпа тут же обрекала любое помещение на постоянно стоявший гул голосов, но не в данном случае. Первокурсники молчали, завороженно таращась из-за голов друг друга на странный артефакт, шестигранную каменную стелу со шкалой посередине.
Я постарался забиться как можно глубже в толпу и не отсвечивать. Ну и тоже уделил внимание артефакту: в моё время таких приблуд не было, как и, собственно, необходимости в них. Слабых не надо было искать подобным методом, они просто не выживали. Но несмотря на это силомер был довольно старым устройством, камень местами выщерблен, цифры на шкале нечёткие, но различимые. Интересно, как эти данные пересчитывались на потенциал в звёздах?
Я думал дождаться, пока Виктория покинет зал. Всё-таки не дело это для столь высоко уполномоченной особы — сидеть на тестах каких-то первокурсников.
Но нет, Вика всем видом показала, что не собирается уходить, села за преподавательский стол, где уже разместились Потемкин и Лебедева. Ректор стоял чуть поодаль, оперевшись плечом на стену. Вид у старика был — краше в гроб кладут. Бледный, глаза запали. Что, в целом, неудивительно, учитывая последние события. Я ему даже, наверное, сочувствовал. Как бы я к нему ни относился, потери супруги, тем более подобным образом, никогда ему не желал.
Перевёл взгляд обратно к преподавательскому столу. Лебедева выглядела чуть всклоченной и какой-то нервной. Всё стреляла в меня глазами, как будто я и был причиной её беспокойства. Если оно действительно было так, то это она зря. Со своими проблемами я всегда разбирался сам, её волнение тут было совершенно ни к чему.
Из-за стола встал Потёмкин. Его одухотворённый вид и горящие праведным рвением глаза говорили только об одном — сейчас будут много и красиво лгать. Так в былые времена высокопоставленные штатские любили выступать перед армией. Зато потом, когда началась настоящая война, их и след простыл.
— Уважаемые первокурсники, вы удостоились редкой процедуры! Программу вашего обучения пересмотрел сам император и издал приказ о её перестройке. Команда преподавателей потратила все выходные, чтобы в кратчайшие сроки переработать ваш учебный план и внести правки, согласно которым ученики, получившие хороший результат испытаний на силомере, обретут возможность отправиться в заповедник и приручить своего изменённого зверя, — кто-то рядом со мной громко и восторженно охнул.