Диагноз один — перенапряжение, энергоканалы пытаются восстановиться и… — в её голосе проступает горечь. — Пятьсот двадцать четыре случая летального исхода.
— Вот оно что, — удивляюсь, даже я не знал точных цифр, только предполагал, а вот Листик располагала такой информацией. — Интересно, не правда ли?
— Но как это связано? — она поднимает глаза, жадно смотря на меня, и повторяет вопрос не в силах сдержать тревожные нотки. — Как это всё связано?
— Главные контрабандисты — это представители Китая, — проливаю немного света на общую картину. — Это новая опиумная война. Если ханьцы что-то и умеют, так это учиться и перенимать опыт. Война для них это искусство, они быстро им овладели, за счёт того, что учились.
В глазах Лебедевой постепенно проступает понимание, зрачки расширяются.
— Станислав погиб из-за этого? — осторожно спрашивает она.
— Да, — коротко отвечаю я, не вдаваясь в подробности.
— А те теракты по всему городу, о которых говорили в новостях, — она вдруг теряется, бледнеет, уходя в себя, двигаются только губы. — Ты выполнил обещание…
— Кто ты? — её губы дрожат, но взгляд приклеивается к моему лицу в поисках ответов.
— Я Антон, мы же уже были представлены, — усмехаюсь. — Но понимаю ваши сомнения. Вы видели то, что видеть не должны были.
— Лилит, — неуверенно шепчет девчонка. — Я видела Лилит. Она служит тёмному, не многие это знают.
— Это логично, — киваю, успокаивающе улыбаясь. — Мне же достался клинок предка, очень далёкого, но всё же предка. А вы подумали, что возродился сам тёмный паладин?!
Имитирую смех, довольно хорошо, между прочим. Думаю, мог бы пройти отборочные на актёра.
Лебедева смущена. Видимо теперь понимает, как это выглядит со стороны. Ну, дам ей ещё полминуты повариться, а затем прекращу это.
С чего она вообще взяла, что я это я. Глупо да? Старался не выпускать Лилит, чтобы не привлечь лишнего внимания. Но сам по себе меч произведение искусства и остался в памяти.
В этой эпохе сделали всё, чтобы стереть моё имя. Но вот Лебедева по профессии знает всё об оружии и его носителях.
В общем, открываться ей сейчас нет никакого смысла. Она слишком непонятная, почему-то решила заглянуть в астрал, когда Лилит прикрыла меня, а затем ещё и связала это со мною прошлым. Впрочем, демоница тоже хороша, могла быть и аккуратнее.
А ещё, не особо понятно, какие отношения у неё с ректоратом. Стародубцева мне ещё не хватало кроме прочего.
В общем, проблема ещё та, но надеюсь, удастся свести все последствия на нет.
Я и так довольно сильно открылся, рассказав о планах Мандарина. Но это не моя вина. Листик растрепала лишнего, дав учительнице почву для размышлений. А я в целом ничего не соображал в тот день, увлечённый местью.
— Чего-то я расклеилась, — виновато продолжает Оксана.