– Раз речь идёт о беспокойстве, то я должен поскорее заверить вас, что с вашей очаровательной мисс Шин всё в порядке, да?
Марика жалась ко мне, чувствуя, исходящую от некроманта угрозу. Я тоже её чувствовала. Не только сейчас. Всегда. Даже в нашу первую нелепую встречу. В этом весь Яр Килан. Улыбается, язвит, кажется таким расслабленным, а в глазах всепоглощающая необъятная тьма…
– Не надейтесь так просто избавиться от нас, – фальшиво улыбнулась Ада.
– Достаточно, – устало вмешалась я. – Заклятье мне нужно было на всякий случай. Не нагнетайте, пожалуйста, – пояснила уклончиво, не желая волновать близких сообщением о бреши в барьере. И уж тем более говорить, что повстречалась с гулем. – Завтра мы отправляемся в Грейсмит – снимать проклятье, как только всё завершится, я дослужу год по договору и вернусь.
– Сама-то в это веришь? – иронично поинтересовалась Ада.
Я крепче сжала пальцами трость. Не могу отрицать, что это место… затягивает. Я начала привязываться к нему, к его обитателям и последние дни малодушно гнала от себя мысли о скором отъезде. Старалась не думать о том дне, когда мне придётся покинуть Академию некромантов навсегда.
– Я останусь здесь, – тихо, но категорично, с нотками упрямства в голосе, произнесла сестра. – Дождусь твоего возвращения с ведьминых болот, окончания договора и вместе вернёмся домой.
– В таком случае я тоже остаюсь, – невозмутимо заявила Ада. – Кто-то должен присматривать за малышкой.
– Надсмотрщик из вас так себе, – ехидно поддел декан.
– А из вас джентльмен, как из собаки балерина, – парировала подруга.
Я тяжко вздохнула, ректор ухмыльнулся.
– Милые барышни… – елейным тоном начал он, переводя взгляд с одной неугомонной аристократки на другую. – Вы, кажется, приняли академию за пансион благородных девиц. Спешу вас разочаровать, маги и люди могут находиться здесь только по найму, заключив трудовой договор.
– Я могу преподавать, – не растерялась Ада. – Хоть и не хотела этого делать. Знаете, в чём мой дефект, мистер Килан? – поинтересовалась она насмешливо. Ректор флегматично выгнул бровь. – Я считываю эманации окружающих меня людей, даже некромантов. Легко могу понять их намерения и желания, проанализировать душевное состояние. Более того, я слышу обрывки мыслей – самые тревожные и волнующие из всего бессвязного потока.
– Вот как? Занимательно… – протянул ректор, явно что-то взвешивая в уме. Он же не собирается, и правда, их тут оставить? Я же с ума сойду от беспокойства… – Допустим… ваш дар действительно может оказаться полезным, и я найму вас на работу. А что может ваша подопечная? У меня нет мест для подростков, её даже на кухню мыть посуду не поставишь. Леди же…
Взгляд Марики потемнел, глаза гневно сузились.