– Раньше времени попытаетесь высунуться, без всякой магии упокою.
– А у нас коса! – попыталась наехать сова, еще не протрезвевшая после вчерашнего.
– Вместе с косой и упокою! Тихо там! Вот–вот Силинтано придет, урок начнется.
Аргумент был настолько серьезный, что бунт на корабле был задавлен в зародыше. В одном лишь ошибся Арчибальд. Насчет урока, который должен был начаться скоро. Ни студенты, ни преподаватели в классы не спешили. Первые наслаждались трапезой в его заведении, старательно растягивая удовольствие, а вторые в кабинете Даромира обсуждали очень важный вопрос. Даже два: кто виноват и что делать. После долгих и бурных дебатов педагогический коллектив пришел к выводу, что виновато вино, и большинством голосов его решено было исключить из рациона и перейти на гномью водку. Во–первых, дешевле, во–вторых, гораздо круче. Следующий вопрос повестки дня экстренного заседания, во время которого был поднят не один тост за процветание трактира Арчибальда де Заболотного (все магистры после вчерашних поминок прихватили кое–что с собой), звучал не менее резонно, чем первый: стоит восстанавливать столовую или нет? Не проще ли и дальше питаться в вышеозначенном трактире? Решили, что не стоит, и вообще – на шута им нужна Академия? Занятия можно проводить прямо в заведении Арчибальда. Последняя идея, высказанная лично Даромиром, была воспринята с огромным энтузиазмом и, возможно, прошла бы большинством голосов, если бы позади трибуны, с которой вещал в дупель пьяный Даромир, не открылся портал. Оттуда вывалился не менее пьяный Альбуцин с большой котомкой за спиной и огромным кувшином в руках.
– Сядь, двоечник! – рявкнул он на ректора.
Ослушаться бывшего учителя Даромир не посмел, поэтому пошатываясь прошел за первый стол и благонравно сложил ручки на груди.
– Сейчас я вам прочту лекцию о вреде пьянства на рабочем месте, – строго сказал Альбуцин, приложился к своему кувшину и сделал длинный глоток. – Хороша–а–а… – выдохнул он, занюхав порцию рукавом.
– Вы слышали, господа? – попытался приподняться Даромир. – На рабочем месте пить нельзя! Так что вопрос был поставлен правильно! Пьем только в трактире и переносим занятия туда!
Альбуцин похлопал глазами на своего лучшего в прошлом ученика. Ему было невдомек, что порошок, подсыпанный в свое время в вино практиканткой, работал не хуже знаменитого маргадорского «Отупина» и к тому же имел более длительный эффект.
– Сядь на место!
Даромир плюхнулся обратно в кресло.