— Проявили чудеса мужества, защищая ее, это все прекрасно, но…
— Но? — вопросительно уставился мистер Джон на господина Кефри.
— …но гложут меня смутные сомнения. Дело в том, что в мою рулетку очень трудно выиграть три раза подряд. Не поделитесь секретом: как вам это удалось?
— Никакого секрета нет. Обычное везение.
— Азартная игра, рулетка, моя дочь рядом (а мне доложили, что она была рядом и вы даже играли на двоих) и везение. Нонсенс. Вы не будете против, если мы проверим ваше везение прямо здесь, сейчас, в присутствии Бониты?
— Можно попробовать.
— Не боитесь? Везение — вещь нематериальная. Удача в любой момент может повернуться к вам тылом, сделать ручкой и упорхнуть.
— Я бы не советовал оборачиваться ей ко мне тылом, — невозмутимо ответил Джон. — Чревато последствиями.
— Папа, мистер Джон, — возмутилась Бонита, — вы что, забыли, что с вами дама?
— Дама, будь ласкова, не лезь в разговор серьезных мужчин, — отмахнулся папа."
"Господин Кефри поднялся, подошел к письменному столу, выудил из него колоду игральных карт и, тасуя ее на ходу, вернулся на свое место. Мистер Джон в долгу не остался. Небрежным жестом он вынул из своего кармана другую колоду карт и тоже начал ее тасовать. Только, в отличие от господина Кефри, он это делал более профессионально, одной рукой, и карты при этом мелькали меж его пальцев с неуловимой для глаз скоростью.
— Какой колодой будем играть? — осведомился мистер Джон.
— Никакой. Меня удовлетворяет ваша квалификация. Доченька, ты оказалась права. Он нам подходит. — Господин Кефри вновь поднялся, подошел к письменному столу, выдвинул из его тумбочки ящик, кинул туда карты и вернулся обратно уже с хрустальной сферой на серебряной подставке и граненым стаканом в руках. Поставив сферу на стол, господин Кефри наполнил стакан до краев гномьей водкой и одним махом оприходовал двухсотпятидесятиграммовую емкость.
Бонита круглыми глазками смотрела на своего папашу. Вид у нее был настолько ошеломленный, что Джон сразу понял: раньше себе такого он при ней не позволял.
— Ну что ж, молодой человек…
— Молодой? — хмыкнула Бонита.
— Не мешай, дочка, я вхожу в астрал, и оттуда мне прекрасно видно, что хотя на вид ему за тридцать, а если посмотреть в глаза, то и за пятьдесят, но… он все равно еще пацан! Малолетка. Так, не мешай!
— Молчу, молчу, — закивала Бонита.
А мистеру Джону тем временем стало слегка неуютно в гостях. Он подозрительно косился на сферу. Чем–то она ему не нравилась.
— Засиделся я, — протяжно зевнул юноша, деликатно прикрывая рот ладошкой. — Не пора ли вам сказать ритуальную фразу: дорогие гости, а не надоели ли вам хозяева?
Бонита прыснула, оценив каламбур.