В Арканарском графстве жизнь каждого заложена в мрачные законы. Вор, молодой и решительный, уже вторую неделю скользнул по его пустынным улочкам. Его упорство возвращать репутацию к столичной гильдии ощущается в каждом шаге — он несет тяжелый мешок, символизирующий свои трудности. Арканарский графство богато и заперто, но это также место, где каждому есть место за пределами закона....
— Все.
— Тогда давай. Ты первый.
Собеседник Батлера вышел из кабинки и двинулся обратно в сторону зала. Батлер рискнул высунуть оттуда нос, как только шаги затихли вдали, и тут же был схвачен за горло. Арканарский вор затолкал его назад и впечатал в стену над зловонной дырой.
— Значит, слугой во дворце подрабатывал? — Свободная рука Арчибальда молниеносно прошуршала по груди и карманам Батлера. — Надо было тебя сразу в ноль подчистить, а я только оружием ограничился. Какой я стал рассеянный. Вот что значит девять месяцев без практики.
В руке Арканарского вора перед носом Батлера закачались бляхи агента тайной канцелярии.
— Ух ты! Сразу два звания. Сержант и лейтенант. По совместительству на полставки работаем?
— Да тихо ты, — просипел Батлер, — меня ж, если узнают, здесь порвут.
— А того, что я тебя порву, не боишься? — хмыкнул Арчибальд.
— Нет! — Батлер просипел это так уверенно, что Арканарский вор даже растерялся.
— Почему? — спросил он, ослабляя хватку.
— Так ты ж карманник, в авторитете. Я вашу породу знаю. Вам западло ножичком работать.
— Тьфу! Козел! А ведь и правда. Ладно, тогда иначе. Если не расколешься, я на тебя эту толпу спущу, — кивнул юноша в сторону зала.
— Не спустишь!
— Почему? — Юноша уже начал сердиться.
— Сам не знаю, — пожал плечами агент тайной канцелярии, — но чувствую, что не спустишь. Человек ты хороший, хоть и вор.
— Ой, чую, сгубит меня моя доброта! — закручинился Арчибальд. — Ладно, что с тобой делать. Пошли назад. Будешь колоться. Только честно колоться. А то и впрямь от своей персоны отлучу.
Батлер рассмеялся, а потом вдруг сразу стал серьезным.
— Трисветлым клянусь, — торжественно произнес он, — все как на духу скажу, но только в том случае, если ты дашь слово не использовать эти сведения во вред Бригании.
— Вот это другой базар. Даю. Но если твои сведения пойдут во вред мне, родному, или моим друзьям, то видал я твою Бриганию…
— А кто твои друзья? — насторожился Батлер.
— Дифинбахий, Дуняшка, Одуван… Короче, их много, но все они не местные.
— Нда–с… ладно. Пожалуй, я рискну. Вряд ли твои друзья во всем этом завязаны, да и ты тоже. Здесь идут местные расклады вокруг одного странного товарища.
— Какого?
— Принца Флоризеля.
