— До каких больших размеров?!
— Ну, метров восемь, десять…
— Какие арги, какие осьминоги, ты чего?! — изумился Кир. — По всему побережью защита стоит, на километр к берегу ничего крупнее рыбешки с ладонь размером даже приблизиться не может!
Дома Эри, разумеется, устроила семье форменный допрос: до этого ей и в голову не приходило, что море может быть опасным. Разубеждали её впятером, причем Скрипач в результате ржал, как ненормальный, а Ит сидел, подперев руками голову, и молча смотрел на эту, по его словам, комедию.
— Спохватилась, — не выдержал он, наконец. — Пятый, ты поосторожнее с такими подробностями, пожалуйста.
— Но я же правду сказал…
— Можно было ее как-то поделикатнее сказать, — вздохнул Ит. — А что про тайники? Затея с ботинками интересная, мне нравится. В принципе, мы можем и наши перевести в кэш, если нужно.
— Не нужно, — махнул рукой Лин. — Давайте слетаем?
— А работать будет кто? — поинтересовался Фэб. — Эри, молодец, что привезла посылку, но, боюсь, тебе еще не раз придется поработать гонцом.
— Ничего не подошло? — Эри погрустнела.
— Нет, — покачала головой Берта. — Покажу потом. Не получается.
— Бедный Сеня, — заметил Скрипач. — Даже интересно стало, где же он реестры в таком количестве прёт…
— Не наше дело, — отмахнулся Кир. — Так, про тайники и прочее. Вы двое, сперва наверх. И нечего вздыхать. Наверх, наверх, я сказал. Ишь, забегали, типа вылечились. Саб, ты с ними. Час работаем, потом перекусим, потом, так и быть, слетаем. Это далеко?
Лин и Пятый переглянулись. Снова ставший уже привычным остальным секундный мысленный диалог.
— Два не очень далеко, остальные — порядочно, — признался Лин. — Зато там, поверьте, точно что-то сохранилось. Тут… рядом с Саприи все-таки есть люди.
— А в других местах нет? — с интересом спросил Ит. — Это где же?
— Увидишь, — туманно ответил Лин. — Всё равно придется доставать, не оставлять же здесь, раз мы уходим.
Лететь все-таки решили на следующий день, в светлое время суток — тем более что, по словам Лина, оба ближайших тайника располагались в горах, а лазить по скалам ночью не хотелось никому. Поэтому после ужина все разбрелись кто куда, а Эри с Бертой, прихватив по чашке чая, отправились на улицу, на одну из лавочек, которую облюбовали некоторое время назад для таких вот вечерних посиделок.
— Бертик, у него такое лицо было, — рассказывала Эри про их дневные похождения, — не передать просто, какое лицо. Он словно… словно ожил. Словно помолодел на не знаю сколько лет.
