– Прометей, ты?
Он вдруг прервался, застыл в полуобороте. Лицо Инкарнатора замерло ледяной маской. Двигались только чуть дрожащие губы. То же самое происходило со всеми остальными Инками Стеллара, и выглядело это жутко.
Я уже видел нечто подобное. Когда когитор взял под контроль Аурелию, чтобы обнулить ее. Такие же замороженные лица и деревянные движения. У всех, кроме Прометея. Эфемер приглушенно произнес, неотрывно глядя на ряды Одержимых.
– Получена директива на ваше уничтожение. Сформирована Синяя Тревога. Быстрее уходите отсюда, я попробую остановить это безумие…
Он тоже дрогнул, неуловимо изменился в лице, будто впуская внутрь кого-то другого, но по-другому, и я вдруг наитием понял, что эфемер активировал нейрозакладку, поставленную предусмотрительным Прометеем. Он повысил голос, разворачиваясь к своим:
– Внимание! Властью действительного гранд-легата приказы…
Картинка качнулась – Айсберг вскочил на стол, бросился к Прометею. Это могло показаться попыткой нападения, но Одержимый хотел заслонить или оттолкнуть его. Потому что он видел, что происходит сзади.
Прометею не дали произнести приказ. Немезида коротко ударила эфемера огненным когтем, сияющим ослепительным голубым пламенем. В спину, почти без замаха. Предательница стояла вплотную, и он ничего не мог сделать. Основатель Города вспыхнул, всего лишь на секунду – и разлетелся облаком мельчайшего серебристого пепла.
Мелькнуло стремительное движение, перед глазами Айсберга вдруг оказался пол, потом потолок, затем снова пол – видимо, ему крепко врезали, и Одержимый, кувыркаясь, пролетел несколько десятков метров. Ругань, крики, вопли, звуки ударов заметались под сводами зала, гулким колоколом разорвался первый выстрел.
Дальше пошла полная кутерьма. Инки атаковали Одержимых без слов, без предупреждения. Они больше не разговаривали – их носителями управляли когиторы, получившие неумолимый приказ. Личная воля и желание не имели никакого значения – так решил кто-то иной. Стеллар – или тот, кто мог управлять им извне.
– Их подменили! Деритесь! Уничтожайте носит…
Лютое месиво. Инкарнаторы столкнулись, перемешались, безжалостно убивая друг друга. Я увидел, как у Одержимого, стоящего рядом с Айсбергом, просто испарилась голова. Как другого, вывернутого наизнанку, вышвырнуло наружу, оставив на плитах пола густую алую полосу. Как из глаз Дара вырвались желтые лучи, аннигилирующие всех, кого касались.
